– Первые работы твоей мамы.

– Si. Abuela рассказала им, как расстраивалась мама и как хотела все бросить. Через пару дней, успокоившись, она попробовала снова. Вышло все равно кошмарно. Она практиковалась, просила помощи, и с каждой новой попыткой получалось все лучше и лучше. Так что следующие несколько недель девочки шили и шили. Когда нашей abuela пришло время уезжать, они с ее помощью уже успели сшить верх одеяла, и мама положила его на стол, чтобы потом закончить. Девочки так гордились своей работой… А одеяло вышло таким уродливым…

Смеюсь и поворачиваюсь так, чтобы видеть лицо Брэна; кладу свои ноги поверх его.

– Через несколько лет троица решила поучаствовать в каких-то групповых проектах скаутов. Каждой группе поручили один проект: девочкам – связать одеяла для болеющих новорожденных: крохотные одеяльца, в которых их развезут по домам. Работа несложная – всего двадцать квадратиков, флисовая подкладка плюс ленточка, одеяло вязаное, а не стеганое. То лето я проводил дома: меня уже приняли в академию, ждал начала семестра. Так что возил подружек по всем магазинам тканей в городе в поисках материала, который и недорогой, и подходит для младенцев.

– И что, цвет не ослепительно-розовый?

– «Никаких неоновых вывесок, никакого стиля Лизы Фрэнк» – так выразилась командир их отряда. Мы оккупировали гостиную, я помогал вырезать квадраты. Столько квадратиков… Мы собрали их вместе и усадили девочек за стол с швейными машинками. Мама Лисси шила, tia Анжелика – мать Рафи и Мануэлито – тоже; они одолжили свои машинки. Натянули нитки, всё приготовили – и тут Стэнзи разрыдалась.

– Потому что с ними не было Фейт.

– И тогда мама взяла одеяло из комнаты Фейт и повесила в столовой, чтобы девочки видели его во время работы. После того как одеяльца были готовы, подружки выгладили их, пришили крохотный кусочек с радугой в углу каждого и сложили в стопку. Сделали не один десяток. Когда девочки отвезли готовые одеяльца в больницу, то сказали, что это от Фейт.

Остаток времени, проведенного в ожидании и в полете домой, слушаю рассказы о Фейт – о первых неделях после ее исчезновения, полных злости и ужаса. Самые разные истории, которыми Брэн никогда не делился со мной, потому что вспоминать о сестре было слишком больно. Он не останавливается, пока не начинает хрипеть – то ли от нахлынувших чувств, то ли оттого, что долго говорил без умолку. Раны вскрываются. Устраиваюсь поудобнее на его плече и слушаю.

Глава 29

Глава 29

В аэропорту Ричмонда нас встречают Касс и Мерседес. Последняя немедленно заключает Брэна в долгие объятия, раскачиваясь на месте. Ее ногти впиваются ему в плечи.