Я опять перевел взгляд на пса на крыльце. Большой. Чернющий. С верхней ступеньки стекали вязкие кровавые ручейки. Никакого движения в доме, дверь плотно закрыта. Другие собаки присоединились к первой, взлетели по ступенькам на крыльцо. Одна подбежала слишком близко, и здоровенный пес тут же набросился на нее вихрем черного меха и оскаленных зубов. Все было кончено за считаные секунды. Незваный гость совершенно по-человечески взвизгнул и тут же отпрянул назад, поджав хвост, с разорванным в клочки ухом. Я посмотрел, как он исчезает за домом.

В результате на крыльце остались две собаки.

Лижущие пол.

Я откинул крышку мобильника, позвонил Робин.

– Я у Долфа, – сообщил я ей. – Тебе нужно срочно сюда.

– Что происходит?

– Что-то плохое. Пока не знаю.

– Мне этого мало.

– Я в машине. Вижу кровь на крыльце.

– Дождись меня, Адам.

Я посмотрел на кровь, стекающую по ступенькам.

– Не могу, – сказал я и отключился.

Медленно открыл дверцу, наблюдая за собаками. Осторожно высунул одну ногу, потом другую. Ружье лежало в багажнике. Заряженное. Потянулся к рукоятке замка. Когда крышка багажника с глухим хлопком подскочила вверх, псы подняли головы, а потом вернулись к своему занятию. Пять шагов, прикинул я. Пять шагов до ружья. Пятнадцать футов до собак.

Оставив дверцу открытой, попятился вдоль борта машины, нащупывая приоткрывшуюся крышку. Просунул палец под металл, приподнял. Когда она бесшумно поднялась, рискнул бросить взгляд внутрь. Ружье закатилось в самую глубину, стволами вперед. Моя рука сомкнулась на шейке приклада. Глаза на собаках.

Наконец ружье вылезло целиком, гладкое и лоснящееся. Я переломил его, чтобы проверить стволы. Пусто. Черт! Джейми, должно быть, разрядил его.

Бросил взгляд на крыльцо. Одна собака по-прежнему не отрывала морду от досок, но большой черный пес неотрывно смотрел на меня, не двигаясь. Я рискнул заглянуть в багажник. Коробка патронов лежала на его дальней стороне – перевернутая, все еще закрытая. Я потянулся к ней, потеряв из виду крыльцо. Приклад стукнулся о машину, и мои пальцы наконец сомкнулись на коробке. Я выпрямился, ожидая бесшумного броска, но пес по-прежнему оставался на крыльце. Моргнул, вывалив разукрашенный красным язык.

Неловко поддевая и выламывая картонную крышку, я вскрыл коробку. Гладкие пластиковые гильзы. Медные донышки ярко сияют на красном. Ухватив пальцами сразу два патрона, я одним движением вставил их в патронники, опустил ружье, возвращая стволы на место, щелкнул предохранителем. И в один миг темп происходящего переменился.

Такая уж штука оружие.