«Вот именно!» – озарила меня мысль. Ощущение от этой догадки было такое, словно я прыгнул в озеро Саксон с гранитного утеса.

Я вспомнил, что сказала мисс Гласс Голубая, когда мисс Гласс Зеленая отказалась дать ее попугаю печенье из боязни, что тот отклюет ей палец.

Всего три слова.

«Я твоего кормила…»

Кого этотвоего? Попугая?

Могли ли сестры Гласс, всю жизнь проведшие в странном сочетании подражания друг другу и соперничества, одновременно завести себе по попугаю? Мог ли где-нибудь в этом доме обитать второй попугай – изумрудно-зеленый и настолько же тихий, насколько был криклив голубой?

Для того чтобы получить ответ на этот вопрос, мне хватило бы телефонного звонка.

Я крепко сжал в ладони изумрудное перышко. С колотившимся сердцем я вышел из своей комнаты и направился к телефону. Нужный мне номер можно было без труда отыскать в телефонной книге.

Я едва успел найти номер сестер Гласс, когда телефон рядом с моим ухом вдруг резко зазвонил.

– Нашел! – торжествующе прошептал я и схватил трубку.

Голос, который я услышал, запомнился мне на всю жизнь.

– Кори, это миссис Коллан. Позови маму, пожалуйста.

Голос в трубке был насмерть перепуганным и дрожащим. Я сразу понял: случилось что-то ужасное и непоправимое.

– Мама! – заорал я. – Мама, к телефону! Тебя зовет миссис Коллан!

– Тише, отец спит! – шикнула мама, прежде чем взять у меня трубку.

Но покашливание и шорох, донесшиеся из гостиной, подсказали мне, что беспокоиться по этому поводу уже слишком поздно.

– Привет, Диана, как дела… – Неожиданно мама замолчала, и улыбка исчезла с ее губ. – Что? – выдохнула она. – О господи!

- Что такое? – спросил я. – Что случилось?

К нам подошел заспанный отец.