Он успокоился, взял себя в руки и снова позвонил в посольство. Джин тихо, но взволнованно сообщила, что убежище она ему с Лайонзом нашла!

Им надлежало ехать по Авенида Рибадавия до развилки. Заметить ее нетрудно — у самого поворота стоит статуя Мадонны. Дорога ведет в поля, где живут «провинсиалес». Через тридцать шесть миль после Мадонны нужно повернуть еще раз — на запад, у трансформаторной будки, и доехать до ранчо некоего Альфонсо Кесарро. Сеньора Кесарро и его жены на ранчо не будет, но слуги приютят друзей миссис Камерон.

Дэвид приказал Джин не отлучаться из посольства. Она пообещала ему это и добавила, что любит его. Больше жизни.

С полей дул теплый ветер. Дэвид напомнил самому себе, что стоял январь — разгар аргентинского лета. Один из слуг сеньора Кесарро встретил машину у трансформаторной будки и указал путь до «ранчерии» — группки одноэтажных домиков. Сполдинга и Лайонза провели в глинобитную хижину на отшибе, в которой обитал «капорал» — приказчик.

Взглянув на крышу, Дэвид увидел телефонные провода (приказчик, конечно, без телефона обойтись не мог) и понял, почему их поселили именно в эти хижину.

Слуга открыл дверь и стал на пороге. Тронул Дэвида за руку и по-испански сказал: «Телефоны здесь не автоматические. И связь гораздо хуже городской. Вот что мне просили вам передать, сеньор». Но Дэвид услышал в его словах нечто большее. Предостережение.

— Я буду иметь это в виду, — ответил он. — Спасибо.

Дэвид снял брюки, упал на жесткую кровать и тут же уснул.

19

19

Разбудили его, казалось, через несколько секунд. Он почувствовал, как рану кто-то ощупывает. Открыл глаза и увидел склонившегося над ним человека. Поодаль стоял Лайонз. У кровати Дэвид заметил саквояж с красным крестом. Это врач склонился над ним. Врач заговорил на удивительно чистом английском:

— Вы проспали восемь часов. Лучшего лекарства вам никто бы не прописал. Я наложу на рану три шва, этого хватит. Немного поболит, но после перевязки вы сможете даже бегать.

— Который час? — спросил Дэвид.

Взглянув на часы, Лайонз довольно ясно прошептал: «Два часа дня».

— Спасибо, что пришли. — Сполдинг повернулся так, чтобы врачу было удобнее.

— Вот вернусь к себе в Палермо, тогда и благодарите. — Доктор иронически рассмеялся. — Уверен, меня уже разыскивают. — Он наложил шов, ободрил Дэвида улыбкой. — Я сказал, что еду к роженице на ранчо…

— Думаете, вас станут допрашивать?

— Вряд ли. Хунта на такое обычно закрывает глаза. Здесь не так уж много врачей… Кроме того, сыщики любят получать от меня медицинские советы бесплатно.