Хартланд с трудом понимал Боллара по спутниковой связи. Он вернулся в Ратинген, в то время как бойцы спецподразделения проверяли остальные склады.
– Мы идентифицировали этих людей, – сообщил он. – Обычные наемники. Из Южной Африки, России и Украины. Фигурируют в базах данных многих разведслужб. Один в свое время воевал в Ираке в составе «Блэкуотер», двое других были там еще раньше.
– Выжившего уже удалось допросить? – спросил Боллар.
– Нет. Он получил двенадцать ранений, три из которых в голову. Он в коме. От него мы ничего не узнаем.
– Есть еще что-нибудь?
– В фургоне нашли карту, на которой размечен маршрут с расположением подстанций и складов. Однако средств связи при них не было, как и на складах. Сейчас разведслужбы и полиция разных стран проверяют их последнюю активность и финансовые операции. Впрочем, я лично платил бы таким людям наличными, но как знать… Как говорится, идем по денежному следу.
Манцано шел так быстро, насколько позволяла рана. Он слышал отдаленный вой сирен. Сначала им руководил чистый инстинкт. В первую очередь ему необходимо было укрыться, затем попытаться найти возможность выйти в Интернет и подробнее изучить RESET-сайт. Мысль о его содержимом не давала ему покоя. Пьеро думал, куда ему пойти. Он никого не знал в городе, кроме Сони Ангстрём. Удалось ли им вообще сбежать? До сих пор он об этом не задумывался.
Следовало попытаться. Манцано запомнил адрес Ангстрём с того раза, когда она дала ему визитку в Гааге. Нужно было найти кого-то, кто подсказал бы ему дорогу. И какой-то транспорт, если до ее дома слишком далеко. Он проверял каждый велосипед, который видел у дорожных знаков или стоек. Через некоторое время нашелся такой, чей хозяин не удосужился его пристегнуть.
Как и накануне, Мари Боллар тщетно прождала на площади грузовик с продовольствием. В какой-то момент даже спекулянты сбежали от звереющей толпы. Ораторы на площади сумели подхлестнуть людей, чтобы те призвали к ответственности виновных, которых видели прежде всего в политиках. Людская масса пришла в движение, вязкая и неукротимая, как грязевой поток при прорыве плотины. Охваченная смешанным чувством страха и любопытства, Мари двинулась вместе с толпой, которая текла к зданию парламента. К ней примыкали другие. На площади оказалось несколько тысяч человек. Несколько полицейских пытались остановить эту массу, но их просто смели в сторону. Толпа оказалась такой многочисленной, что огромный внутренний двор не мог их вместить. Люди заполонили улицы вплоть до здания Нижней палаты.