– Если бы я дожидалась полиции, ты, вероятно, не выжил бы. Я не могла позволить этому подонку тебя убить.

– Но почему ты не хочешь общаться с полицией? – спросил Микаэль.

– Я не общаюсь с властями.

– Почему?

– Даже не буду отвечать на этот вопрос. Но я не уверена, что твоя карьера журналиста не пострадала бы потому, что тебя раздевал Мартин Вангер, одиозный серийный убийца. Тебе не нравится кличка Калле Блумквист; а теперь представь себе, какие новые эпитеты к ней добавились бы…

Микаэль строго посмотрел на нее, но решил больше не муссировать эту тему.

– Нам предстоит решить одну задачу, – сказала Лисбет.

Микаэль кивнул.

– Что случилось с Харриет?

Лисбет положила перед ним на стол два полароидных снимка и рассказала, где нашла их. Блумквист внимательно изучил фотографии, а потом посмотрел на Лисбет.

– Это может быть она, – сказал он. – Поклясться я не могу, но, судя по фигуре и прическе, я уже видел ее на фотографиях.

Микаэль с Лисбет еще час сидели в саду и обсуждали все детали. Они приближались к разгадке с разных сторон – и пришли к выводу, что именно Мартин Вангер и был недостающим звеном во всей цепочке их поисков.

А Лисбет так и не заметила оставленную Микаэлем на столе фотографию. Она решила, что Микаэль совершил какой-то промах, после того как изучила снимки камер наружного наблюдения. Она подошла к дому Мартина Вангера со стороны набережной, заглянула во все окна, но не встретила ни единой живой души. Потом осторожно потрогала все двери и окна на первом этаже. Под конец залезла в дом через открытую балконную дверь второго этажа. Она потратила массу времени на то, чтобы проверить все помещения в доме – комнату за комнатой, но в конце концов обнаружила лестницу в погреб. Мартин совершил оплошность: он оставил дверь в камеру пыток приоткрытой. И Лисбет поняла, что происходит.

Микаэль спросил, слышала ли она все, что говорил Мартин.

– Нет, не все. Я пришла туда, когда он спрашивал тебя о том, что произошло с Харриет, перед тем как подвесить тебя на удавке. Я оставила вас на минутку, чтобы поискать оружие наверху. В гардеробе нашлись клюшки для гольфа.

– Мартин Вангер не имел ни малейшего представления о том, что случилось с Харриет, – сказал Микаэль.

– И ты ему поверил?

– Да, представь себе, я ему поверил, – решительно ответил журналист. – Мартин Вангер вел себя как бешеный хорек… И откуда мне приходят в голову такие сравнения?.. Но он признался во всех совершенных убийствах. И говорил вполне откровенно. Мне кажется, он хотел мне понравиться. Но что касается Харриет, он столь же отчаянно, как и Хенрик Вангер, хотел узнать, что же на самом деле с ней произошло.