— Ну что, готовы продолжить? — обратившись словно к старому другу, проговорил Саймон. — Отсюда я направляюсь в Гилфорд, потом в Винчестер, где планирую поужинать, а ночевать буду, вероятно, в Саутгемптоне. В половине седьмого утра двину в Ливерпуль через Лендс-Энд. Возле Манчестера собираюсь убить мулата-газопроводчика с накладным носом, а оттуда, если вы соблаговолите последовать за мной до Джон-о’Гротс…[32]

Ответный монолог прошел в выражениях, которые слегка шокировали бы даже нью-йоркского портового грузчика. Саймон с оскорбленным видом прошествовал дальше и вышел наружу.

Через милю он замедлил темп, удовлетворенный тем, что краснолицый больше не маячит сзади. Вскоре мимо стремительно пролетел и через несколько шагов затормозил синий спортивный автомобиль. Поравнявшись с ним, Саймон приветствовал высунувшуюся девушку улыбкой.

— Привет, Пат, дорогая. Поедем выпьем по коктейлю и поужинаем.

Он забрался внутрь. Патрисия Холм выжала сцепление.

— Как там рынок шляп-котелков?

— Слабеет, — откликнулся Святой, — слабеет, старушка. Не дотягивает даже до конца дня. Но давай сменим тему. Почему ты так прекрасна, Пат?

Она сверкнула ослепительной улыбкой.

— Наверное, потому что до сих пор влюблена в тебя — хотя прошел целый год, — а ты по-прежнему влюблен в меня.

До Лондона они добрались уже поздно вечером. В квартире Святого пили его пиво Роджер Конвей и Дикки Тремейн.

— Мы оставили тебе немного, — сказал Роджер, — но потом и его тоже выпили, чтобы не выдохлось.

— Весьма разумно с вашей стороны, — заметил Святой.

Он невозмутимо забрал кружку из рук Конвея и опустился на стул.

— Ну, пьянчужки, как вам сегодня очаровательные виды сельской Англии?

— Я прогулялся по дороге на север, — отозвался Роджер. — Запала хватило до Сент-Олбанса — там меня подобрал Дикки. Двадцать одна миля ровно — за пять часов сорок пять минут. Как тебе?

— Слабак, — откликнулся Святой. — Я отмахал двадцать три за пять с половиной, секунда в секунду. Шпика, что увязался за мной, отправили в больницу на асбестовых носилках, а когда попытались вернуть к жизни с помощью бренди, он вспыхнул огнем. Завтра будет во всех газетах.

Однако на следующее утро Орас, подав хозяину ранний чай, доложил, что на Брук-стрит прибыл новый отряд «котелков», и Святому пришлось призвать на помощь всю свою находчивость, чтобы придумать другое средство избежать слежки.

В течение следующих двух недель он перевел на благотворительность девять тысяч фунтов. Инспектор Тил, зная, что для этого Святому нужно было «уговорить» кого-то выписать ему чек на десять тысяч, из которых тот, в соответствии со своими неизменными правилами, удержал десять процентов комиссионных, пришел в раздражение. Расспросы подчиненных ничего не дали — они не могли даже предположить происхождение такого «дара». Нет, ничего подозрительного Саймон Темплар не делал. Ни к каким подозрительным лицам не наведывался и у себя не принимал. Нет, он не…