Дюпри на секунду отвел взгляд, прежде чем снова заговорить:
— Шарбу, Саласар и вы вернетесь в Новый Орлеан, разыщете Ленкса и последуете за ним до Техаса, а если понадобится, до его собственного дома, но остановите его любым способом. У нас с детективом Буллом есть другая работа. Мы остаемся.
Амайя заметила, что Булл все это время стоял неподвижно, глядя в пол. Он явно уже договорился обо всем с Дюпри.
Джонсон посмотрел на Амайю и Булла.
— При всем уважении, агент Дюпри, Саласар — временный агент, а Шарбу даже не из ФБР. Не обижайтесь, — добавил он, обращаясь к Биллу.
— Какой смысл обижаться на правду…
— Саласар — лучший агент, с которым вы когда-либо работали, а Шарбу из Нолы, — сказал Дюпри, подмигивая полицейскому. — Он прикроет вам задницу, потому что знает город лучше всех.
Джонсон собирался возразить, но Дюпри продолжил:
— Я все равно не смогу вам помочь. Только вчера я чуть не умер, да и сегодняшняя дорога в «Ле Гран» меня ослабила. Боюсь, трайтеру еще придется со мной повозиться. Булл останется, чтобы помочь мне с делом Самеди: там похищения, убийства, стрельба… Позади шесть мертвых девочек и трое подстреленных головорезов. Мы с сестрами Джейкоба вернемся в город, когда будет безопасно. Я ни в коем случае не брошу их здесь, но везти их сейчас в Новый Орлеан неразумно. Кроме того, трайтер хочет устроить для Медоры специальную церемонию — обряд перехода, как он это назвал. Своего рода похороны, чтобы она могла покоиться с миром и ее душа нашла свой путь. Мы с Буллом считаем, что должны остаться; в конце концов, мы знаем ее семью и частично несем ответственность за то, что ее никто не спас.
— Все это ужасно, — сказал Шарбу. — Но вы ни в чем не виноваты и ничего не можете для нее сделать.
— Умереть не так-то просто, — сказал Дюпри, глядя ему в глаза. — Тем более для человека, который, как Медора, чуть ли не всю жизнь верил, что мертв. Фрэнку Карлино и Джерому Лиретту потребовалось много часов, чтобы умереть, несмотря на то что у одного вытащили сердце, а другому отрезали голову.
— Вы хотите сказать, что некоторые остаются даже после смерти?
— Я хочу сказать, что некоторые уходят с трудом, особенно если их убедили, что у кого-то есть формула, способная заставить человека вернуться. Умереть, как и родиться, непросто; можно сделать это в одиночку, но лучше, если у тебя есть помощник, если тебя кто-то ждет по обе стороны пути. — Он окинул их взглядом, который не оставлял сомнений. — Мы с Буллом остаемся. Готовьтесь, выезжать надо немедленно. Вопросы?