Благотворительная больница,

Новый Орлеан

Вернувшись в отделение «скорой помощи», Амайя увидела Булла, который разговаривал с Джонсоном в дверях бокса. Маленького Джейкоба поблизости не было, зато по коридору шел Шарбу, явно взбешенный.

— Где мальчик? — спросила Амайя.

— С бабушкой, — ответил Джонсон. — Дед стабилен. Их всех перевели на третий этаж.

— Что-нибудь выяснили? — спросила она, кивнув на дверь, за которой был Дюпри.

— Ни черта не выяснили, — буркнул Шарбу, сердито глядя на своего напарника. — И знаете почему? А я вам скажу: потому что эти двое, ваш босс и мой коллега, плели какие-то интрижки, пока мы преследовали серийного убийцу.

— Это не так. Мы все вместе преследуем Композитора, — терпеливо ответил Джейсон Булл, не повышая голоса.

— Саласар просекла все с самого начала: шепотки, переглядывания, звонки куда-то… Можешь смеяться, приятель, но я ничего этого не замечал, а если и замечал, не мог поверить, хотя она меня предупреждала, — потому что в жизни не мог себе представить, что ты способен на что-то подобное.

Булл опустил голову, стойко выдерживая обвинения напарника.

— Тебе все равно не понять, — тихо ответил он.

Шарбу посмотрел на него возмущенно.

— Чего мне не понять? Ты намекаешь, что я идиот? Одного не понимаю: почему ты с самого начала ничего мне не сказал? Для начала объясни: что за дохлятину мы, черт возьми, привезли сюда на «Зодиаке», укрытую тряпкой, как попугай в клетке?

— А сам ты как думаешь? — спокойно спросил Булл, глядя Шарбу в глаза.

Не чувствуя ни малейшей неловкости, тот сделал шаг вперед, пока не оказался перед своим напарником.

— Это не имеет имени, и даже если оно у него есть, я не хочу его произносить.

Булл кивнул.