— Я не собирался смеяться над тобой; мне кажется, очень здорово, что ты за них помолилась. Я не шучу; может, мне тоже стоит сходить в церковь… Пуля, которая сегодня попала в Джонсона, предназначалась мне.

Амайя остановилась и удивленно посмотрела на него.

— Ты имеешь в виду, что он в этот момент повернулся, и…

— Я имею в виду — мало того, я уверен, — что стрелявшие были полицейскими.

Амайя в изумлении открыла рот. Она взяла его за руку, повела к лестнице, и они сели.

— Те ребята, когда мы проходили мимо, помнишь? Они сказали, что патрули добровольных борцов за справедливость стреляют в черных.

— Думаешь, тебя хотели подстрелить из-за того, что ты черный?

— Ребята говорили правду. Я слышал это и по коротковолновым каналам. На других мостах и эстакадах было больше выстрелов. Каждый раз стреляли в безоружных черных.

— Я не говорю, что это не так. В городе царит анархия, но ты шел между мной и Джонсоном, они могли ранить кого угодно.

— Было что-то странное, когда делал вызов по рации. До того, как ответил центр, раздался чей-то голос; это был кто-то, кто знаком с нами достаточно хорошо, чтобы знать, кто подстрелен.

— Ты хочешь сказать, что за вами охотятся?

— Не знаю, Булл сказал, что Доминик говорил о копах, работающих на Самеди, и имел в виду не патрульных, а начальство.

Амайя подняла взгляд к небу. Было чуть больше семи вечера, и свет постепенно гас.

— Мы уже рядом с отелем, Французский квартал почти не пострадал. Как ты думаешь, старейший бордель в городе открыт?

* * *

Небо было густо-синим, когда в семь двадцать они достигли улицы Дофин. Зеленые окна одноименной гостиницы были заколочены, а флаги, украшавшие фасады, исчезли.

Амайя подошла к входной двери и попыталась что-то разглядеть сквозь щели между досками. Неожиданно дверь распахнулась и перед ней появилась хозяйка, одна из сестер. Не говоря ни слова, она бросилась к Амайе и с силой прижала ее к груди.

— О, слава богу! Я так рада, что вы живы и здоровы! Но где остальные? Я очень волновалась, что вы так долго не возвращаетесь.

— Все в порядке, учитывая обстоятельства, — отозвалась Амайя.

Хозяйка отпустила ее и кинулась к Шарбу.