– Зачем делать это два раза? – спросил я у второго офицера, он выглядел так молодо, что на улице я принял бы его за старшеклассника.

– Один рабочий образец, другой – контрольный. Они должны совпадать, чтобы мы были уверены в результатах прежде, чем вносить их в базу данных. Вроде как резервная копия.

– На случай ошибочных результатов?

Он покачал головой:

– Скорее для юридической надежности. Анализы суперточные, если уж результаты совпадают, то совпадают. ДНК не врет, – он взглянул на меня, – чего нельзя сказать о людях.

Редфорд провела карточкой по считывателю у металлической двери и провела меня вглубь участка, в маленькую комнату для допросов. Комнатка была меньше и еще более обшарпана, чем та, где мы общались вчера. Я остался один. Ни кофе, ни чаю мне не предложили.

Прошло сорок минут.

Сначала вернулась Редфорд с ноутбуком под мышкой и непроницаемым выражением на лице. За ней вошел Питер Ларссен и сел рядом со мной, распространяя запах лосьона после бритья. Последним появился Нейлор, узел галстука ослаблен, верхняя пуговица рубашки расстегнута, в руках папка. Вид у него был весьма пакостный.

Ларссен попросил у детективов переговорить пять минут наедине. Когда полицейские вышли, я рассказал о тайном телефоне Мел, с которого она звонила Бену, и о том, что сдал свой, когда меня арестовали.

– Пусть люди Нейлора проверят этот телефон, наверняка он поможет обнаружить Бена.

– Обычный телефон вашей супруги они тоже заберут.

– Хорошо, зачем?

– Когда вы вчера договаривались о встрече с Беном в торговом центре, он присылал сообщения на этот телефон. Возможно, получится извлечь какие-то полезные данные.

После этого Ларссен сделал несколько пометок в блокноте, надел колпачок на ручку и заговорил тихо и быстро, объясняя мне, как себя вести на предстоящем допросе: он будет оценивать все вопросы, я могу отвечать и вообще говорить, только если адвокат даст понять, что можно это делать. Все ответы должны быть короткими, только по сути заданного вопроса. Исключений быть не должно. Вести себя следует спокойно и вежливо, на подначки не реагировать, новых предположений о том, где может быть Бен, не выдвигать. «Это их задача его искать, а не ваша», – сказал он с нажимом. И главное – ни слова о моих личных отношениях с Беном, Бет и собственной женой.

Инструкции казались логичными и понятными.

– Но я все равно не могу понять.

– Чего? – переспросил Ларссен.

– Почему они так быстро переключились на меня? Что у них за улики такие, чтобы меня арестовывать?