– Ладно, я уже еду, буду через десять минут.

Вильям устроился в детском кресле.

– Можно съесть мармеладных мишек, папочка? – спросил он, поднимая пакетик.

– Нет. Да. Половину, ладно?

– А это сколько?

– Просто не ешь их все, Вил.

Мы выехали на Хай-стрит, я чувствовал, как внутри все немеет. Сейчас снова начнется приступ паники.

Нет, не в этот раз. Теперь я буду готов.

Я вставил телефон в автомобильный держатель и набрал Питера Ларссена. Трубку он не взял, так что пришлось оставить сообщение на автоответчике с просьбой перезвонить мне как можно скорее.

Мел не преувеличивала насчет количества полицейских – дом буквально кишел ими. Они были и перед домом: одни, в белом комбинезоне, осматривали «гольф» Мел, другие сновали туда-сюда будто рабочие муравьи. На подъездной дорожке стоял эвакуатор с опущенной рампой, все было готово к погрузке машины. Вильям смотрел на полицейских, раскрыв рот от удивления, пока я расстегивал ремни детского кресла. Я протянул руку, но сын не сдвинулся с места.

– Полицейские, – тихо проговорил он. – Столько полицейских.

– Пойдем, Вил. Пойдем домой.

– А почему у нас дома полицейские?

– Они охраняют мамочку.

Вил даже не пытался вылезти из своего кресла.

– А кто во всем белом?

Я не сразу понял, о чем он, но потом заметил криминалистов в белых комбинезонах.

– Это тоже полицейские, дружок. Пойдем.

Я вынул его из кресла и поставил на тротуар. Когда мы подходили к крыльцу, в дверях показалась женщина-криминалист в полном защитном облачении: комбинезон, перчатки, маска, бахилы, – будто вышла из логова маньяка-убийцы. В прозрачном полиэтиленовом пакете для вещественных доказательств она несла какой-то предмет. Это был мой ноутбук.