Использование СисАдминТрек было запрещено в США из-за угрозы, которое оно представляет неприкосновенности личной жизни, а также из-за возможности похищения личных данных.
Меня словно ударило током. Если такое приложение стояло на моих предыдущих телефонах, то с кем бы я ни говорил – с адвокатом, полицией, женой – все эти разговоры могли быть записаны. Телефон же всегда при мне. А с доступом к сообщениям и электронной почте через программу можно было отправлять сообщения будто бы от моего имени, но без моего ведома.
Но кто мог установить это приложение?
Бен. Это было настолько на него похоже, что дальше просто некуда: использовать новейшие технологии, чтобы показать, насколько он умен, а также получить все, что ему хочется.
Я открыл Менеджер файлов и обнаружил единственную сохраненную аудиозапись длиной в четырнадцать секунд. Включив ее, я услышал два голоса. Один из них был моим.
На этом запись обрывалась, будто была сделана по ошибке. Или чтобы проверить, что программа работает.
Я вспомнил этот разговор: утром в четверг мы с Бет сидели в парке. И Бен слышал наш разговор, а значит, был в курсе нашей с Бет договоренности действовать сообща. Знал, что я проигнорировал его требование держаться от нее подальше.
Выходит, Бет тоже в опасности.
Я удалил «СисАдминТрек» и откинулся на спинку кресла. Разбитое лицо не переставало болеть: тупая тянущая боль, которая вспыхивала ярче, стоило мне дотронуться до челюсти или брови. Некоторое время я тупо смотрел в окно, но вдруг вспомнил о сброшенном во время разговора с матерью Бена звонке. За мгновение до того, как она чуть не бросилась на меня с ножом. Номер сохранился в списке входящих, наверное, какая-нибудь реклама дешевых кредитов. Я собрался было удалить номер, но в последний момент передумал и нажал «вызов».