Редакция «Майнити симбун» разделяет эти принципы, но, к большому сожалению, считает своим долгом решительно выступить с критикой нынешней полицейской системы — системы, которая позволяет мужчинам и женщинам с незначительным опытом реальной работы по охране общественного порядка занимать в полицейском управлении должности, связанные с огромной ответственностью. Полицейские-карьеристы — из числа новоиспеченных выпускников университетов, у которых отсутствует опыт следственной работы и за плечами ни одного самостоятельного ареста, — назначаются на руководящие должности только благодаря финансовой состоятельности их семей. И если эти молодые люди, уже получившие свои должности весьма сомнительным образом, продолжают нарабатывать профессиональные навыки в коррумпированной среде, где не применяются нормы закона, — как можно ожидать, что будущие поколения освободятся от этой напасти?

Похоже, в этом смысле мало что отличает карьеру в полиции от иерархической лестницы в банде якудза. Имеется целый ряд неопровержимых доказательств того, что коррупция не просто разъедала полицейское управление Сибуи. Фактически она стала тем «клеем», на котором держался его фундамент.

Новый премьер-министр пообещал сделать все возможное для того, чтобы токийская полиция стала не только самой большой в мире по численности, но и чтобы ее кадровый состав отличали высокий профессионализм и безупречность. Что ж, похвальное намерение. Тем не менее редакция «Майнити симбун» не питает особых надежд на то, что даже громкие судебные процессы позволят добиться значительных изменений институциональной культуры в органах правопорядка. Не случайно прокурор Мурата в своем выступлении использовала словосочетание «радикальная перестройка». И мы не сомневаемся, что полицейское ведомство, причем на каждом его уровне, ждут действительно радикальные перемены.

Ивата уронил газету на колени, когда происходящее на экране привлекло его внимание. Вздрогнув, он сел в кровати, уставившись на экран — там шла передача о коррупции в полиции и бюрократической некомпетентности. Он прибавил звук и потянулся за яблоком. На экране мелькали лица Хорибе, Тацуно и Морото, которых, среди прочих, засовывали в полицейские фургоны. Все они безуспешно пытались скрыть свои лица от фотографов. Ивата, с набитым яблочной мякотью ртом, не отрываясь смотрел в телевизор.

— Ну и денек!

Кадры поменялись — на экране возник недавно отстраненный от работы прокурор Сиратори. Журналисты и операторы обступили его, в то время как он пытался добраться до машины. Но старик не скулил и не оправдывался — он был в негодовании.