Светлый фон
Маяк.

Маяк.

Маяк.

Он видел, как Клео стоит на скале в лучах заката.

И внизу на камнях он увидел изуродованное тело ребенка.

Ложечка меда для моей пчелки.

Ложечка меда для моей пчелки.

Истекая кровью, Ивата перекатился на живот и подполз к ногам Хатанаки. Сквозь перила он видел, как Акаси раскачивается над бездной, видел его черные глаза и отрешенный взгляд, слышал, как тот кричит в небо:

— Ма’таали’теени! Ма’таали’теени’!

— Ма’таали’теени! Ма’таали’теени’!

Хатанака ткнул Ивату в плечо:

— Я не могу его удержа-ать!

Ивата потянулся вперед и прицепил наручниками лодыжку Акаси к металлическим перилам. Хатанака отпустил руку и с глухим стуком откинулся на лестницу. Оба детектива, задыхаясь, уставились друг на друга.

— О, черт! — воскликнул Хатанака, увидев, что из живота Иваты хлещет кровь.

Ивата закрыл глаза, а Хатанака принялся кричать в рацию. Первым делом он вызвал медиков для раненого полицейского. И наконец, переведя дух, сообщил о поимке Хидео Акаси.

Уже много позже Ивата сообразил, что его несут в машину скорой помощи. Он посмотрел вверх на небоскребы и почувствовал влагу дождя на своем лице. На улице еще довольно робко, но уже стали появляться покидавшие свои убежища жители Токио. Он не знал, что будет дальше, но он сделал свою работу. Косуке Ивата мог умереть спокойно.

Где-то в вышине — над машиной скорой помощи — мчались серые облака, похожие на неугомонных слонов.

Глава 37 Олень слышит выстрел

Глава 37

Олень слышит выстрел