— Элен не так уж плоха, — заметил я, натягивая пижаму. Потом протянул ей халат. — Вы же не хотите простудиться, верно?

Она довольно неохотно скользнула в голубой шелк и сказала с широкой, хотя и неискренней улыбкой:

— Я люблю Элен. Но вы должны согласиться, что законы для нее не писаны.

Я чуть было не сказал, что тут они просто как сестры, когда мне пришло в голову, что это было бы бестактностью: ведь они и в самом деле сестры.

Камилла попросила сигарету, и я ее угостил.

— Скажите, — спросила она, выдыхая голубой дым, — как вы думаете, сколько времени понадобится полиции, чтобы покончить с этим делом?

— Не имею представления.

— Но вы же работаете с лейтенантом Уинтерсом, верно?

Она оказалась достаточно проницательной.

— Откуда вы знаете?

— Догадаться не так уж трудно. Просто я услышала обрывок телефонного разговора, который вы вели с какой-то газетой в Нью-Йорке, — сообщила она совершенно спокойно.

— Так вы подслушивали!

Она рассмеялась.

— Это получилось нечаянно, поверьте мне. Я хотела позвонить знакомому адвокату… а вы как раз оказались на линии, вот и все.

— Не имею ни малейшего представления, — повторил я. — Я имею в виду убийство… и сколько времени понадобится полиции, чтобы кого-нибудь арестовать.

— Надеюсь, это произойдет достаточно скоро, — сказала она с неожиданной горячностью.

— Мы все на это надеемся.

Она собралась что-то сказать… но промолчала. Вместо этого она спросила меня о происшествии на лестничной площадке, и я повторил, что никого не видел. Она была явно разочарована.

— Думаю, там было очень темно.

Я кивнул.