— И что вы намерены делать? — спросил я, пытаясь понять его собственную роль.
Он пожал плечами.
— Все, что смогу. Я очень близок с Флетчером и Элли. Когда умер мой отец, Флетчер стал моим опекуном. Так что, как видите, я сам заинтересован помочь им выпутаться и намерен дать показания, если… если против них выдвинут обвинения.
— Какие обвинения? Что может сказать Брекстон?
Ренден рассмеялся.
— Все это только разговоры. Нет ничего реального… по крайней мере ничего, связанного с этим происшествием. Просто всякие семейные дела.
Я представлял, о чем может идти речь: отношения между братом и сестрой могут быть ложно истолкованы отчаявшимся человеком; но при чем тут покойная Милдред Брекстон? Ренден ничем не мог помочь.
Он перевел разговор на день убийства. Ему хотелось знать, как вели себя все присутствующие и что, по моему мнению, произошло в воде. Он оказался более проницательным, чем я предполагал, но скоро стало ясно, что он знает о странной смерти Милдред не больше, чем мы все.
Я предложил ему сигарету, достал еще одну для себя и дал ему прикурить. Потом уронил спички и, ругаясь, начал шарить по песку.
Наконец я их обнаружил, прикурил сигарету и тут заметил, что мои пальцы выпачканы какой-то темной жидкостью.
— Боже мой! — я уронил и спички, и сигарету.
— Что случилось?
— Не знаю… пальцы… Похоже на кровь. Должно быть, я порезался.
— Да, я вижу, течет кровь. — Ренден протянул мне носовой платок. — Возьмите. Как это получилось?
— Не знаю. Я ничего не почувствовал. — Я вытер пальцы досуха и убедился, что пореза нет. Это была не моя кровь.
Мы посмотрели друг на друга. По спине у меня поползли мурашки. Потом мы молча поднялись и отодвинули качалку в сторону.
У наших ног на белом песке лежало тело мужчины, свернувшегося калачиком в луже собственной крови. Голова, вывернутая в сторону, едва держалась на лоскутьях перерезанного горла. Зайдя с другой стороны, в ярком свете луны я узнал искаженные черты Флетчера Клейпула.
Глава пятая
Глава пятая