— Ваши дядя с тетей необычайно привязаны друг к другу.

Но он был достаточно умен, чтобы клюнуть на эту приманку, и только отмахнулся.

— Да, это так.

«Северные дюны» казались темным пятном на белом пляже. И дом без единого огонька неожиданно показался мне жутким и зловещим…

Меня удивило, почему для меня не оставили свет в холле.

Машину мы оставили на подъездной дорожке. На темной веранде никого не было. Я слишком хорошо помнил, что случилось со мной прошлый раз, когда я вошел ночью в этот мрачный дом.

— Останетесь здесь? — спросил я, повернувшись к Рендену.

— Нет, я остановился в городке; не хотелось быть слишком связанным; пока я буду в Истхемптоне, нужно повидать множество людей. — Он вышел из машины. — Я провожу вас.

Мне стало стыдно за свой неожиданный испуг, оставалось надеяться, что Ренден его не заметил.

Обойдя веранду, мы приблизились к дому со стороны океана.

Все это время он продолжал говорить про убийство, что не доставляло мне особого удовольствия. Впервые с того момента, как начались неприятности, я испугался, меня охватил леденящий иррациональный страх. Я хотел попросить его войти вместе со мною в дом, но у меня не хватило решительности: я слишком стыдился показать ему, как меня всего трясет. Вместо этого я всячески затягивал разговор, отвечая как можно длиннее на его вопросы и тем самым отдаляя роковой момент.

Мы присели на металлическую качалку, стоявшую возле крыльца, рядом с раскрытыми пляжными зонтиками, ночью напоминавшими черные грибы. Лунный свет заливал все вокруг.

Мы сидели очень осторожно, чтобы качалка не скрипела.

— Я приехал сюда, — мягко сказал Ренден, — с определенной целью. Я знаю, Элли думает, что я слишком впечатлителен, но дело не только в этом. Я очень люблю ее и моего дядю. Когда я услышал о том, что произошло, то очень встревожился.

— Вы хотите сказать, что они могут быть… замешаны в этом?

Он кивнул.

— Не думаю, что они замешаны непосредственно. Просто дело в том, что очень многое может попасть в газеты… Вы понимаете, сплетни.

— Насчет вашего дяди и Милдред Брекстон?

— Да, главным образом. Понимаете, я чувствую, что если полиция обвинит Брекстона, то он втянет в это дело Флетчера и Элли… Просто, чтобы доставить неприятности.

Прямо-таки сверхъестественно! Практически те же слова я подслушал в разговоре Брекстона и Клейпула в день убийства. Очевидно, дядя с племянником обменялись мнениями… Или существовал какой-то семейный секрет, известный им обоим, и это заставляло их нервничать и опасаться, что Брекстон может выложить это в суде.