Когда пришла очередь Тома взяться за биту, счет достиг двадцати трех ранов и трех калиток. Сэр Адриан все еще был в игре, но викария, играющего слева, вывел специалист по плетению венков из ромашек, а Дерек, явно нервничающий, потерял свою калитку из-за мяча, посланного издалека, с которым справился бы и десятилетний мальчишка.

— У нас все идет прекрасно, — сообщил сэр Адриан, подойдя к Тому. — Жаль только, я забылся с этим первым мячом. Только помните: вы выходите из игры, как только счет достигнет шестидесяти. Я всегда делаю объявление при шестидесяти, иначе эти ребята совсем падают духом.

— А-а, так значит, они выигрывают? — Только теперь Том понял, почему сэр Адриан так кротко выслушал упреки судьи после того, как заработал шесть очков.

— Конечно, конечно! Незачем расстраивать их, бедолаг.

Том, которого арбитр с шелковым чулком засудил за нарушение положения относительно стоек калитки, уже не в первый раз решил, что ему нечего и надеяться когда-нибудь понять, как работает ум сэра Адриана, хотя порой у него появлялись догадки.

Гостей, всех с восторженными улыбками на лицах, кроме одного, который заявил, что еще не бил ни разу и потому был отправлен подавать Джону, на поле с которым играли викарий, Том и Дерек, наконец выпроводили под радостные возгласы. Сэр Адриан со вздохом облегчения объявил, что на следующий день крикета не будет и что Том может провести его, как пожелает, лишь бы он только не переутомился, не получил травм, не пил и не ел слишком много и не завалился в постель с какой-нибудь девчонкой.

— У меня нет знакомых, которые согласились бы на такое, сэр, — любезно ответил Том. Матч развеселил его, а известие о дне без крикета оказалось определенно кстати. Он непринужденно чувствовал себя со всеми, даже со своим малосимпатичным работодателем.

— Чем займемся? — спросил Том у Дерека.

— Только осторожнее теперь, Дерри, — вмешался его дед. — Имей в виду, никакого перенапряжения! В четверг ты нужен мне на пике формы.

— Я бы повалялся в гамаке возле выгона и поел малины, — сказал Дерек. — А вы могли бы почитать мне, пока я ем, — добавил он, повернувшись к Тому. — Вы наверняка прекрасно читаете вслух, сэр.

— Ладно, — согласился Том, которого начинала мучать совесть оттого, что они с Дереком оба пренебрегали их совместными занятиями. — Но я не намерен читать вам ни сенсационных романов, ни еще какой-нибудь такой же ерунды. Это будет чтение, так или иначе связанное с вашей работой… по крайней мере, часть времени.

— О да. Пусть будет Геродот. Обожаю этого старика, а вы? Или вы считаете историю слишком легким предметом?