– А как вы объясните наличие у меня этих вещей? – спросил Хинде будничным тоном, сильно контрастировавшим с его пристальным взглядом.

– Вам их дал кто-то другой.

– И в зависимость от этого вы готовы поставить всю свою карьеру?

Харальдссон молчал. Он чувствовал себя как шахматист, оставшийся с одним королем, когда противник раздобыл еще одного ферзя.

– Если они вам не поверят, вы не только потеряете работу. Вы, возможно, окажетесь за решеткой, когда родится ребенок.

Харальдссон резко встал и, не говоря ни слова, спустился по лестнице. Эдвард не смог сдержать широкой улыбки. План продолжается.

* * *

Харальдссон возмущенно шагал обратно в кабинет. Все получилось совсем не так, как он планировал. Теперь ему придется выдать разрешение на посещение. Хинде встретится с Ваньей Литнер без него. Но он проследит за тем, чтобы ему удалось увидеться с Ваньей сразу после. Заставит ее рассказать, что выяснилось в ходе встречи. Это в его силах.

Это его учреждение.

Его правила.

На мгновение он поиграл с мыслью, не отправиться ли ему в камеру Хинде и не отыскать ли фотографию Йенни, бутылочку и банку. Но что он приведет в качестве причины, если кто-нибудь застанет его в пустой камере? Внеплановый обыск. Но сам он его проводить не может. Это не его работа. Это покажется подозрительным. А что, если он к тому же не найдет эти вещи? Нет, лучше, пожалуй, позволить Хинде встретиться с Ваньей, а потом выжать из той информацию. Из вторых рук. Далеко не лучшая ситуация, но решающим может стать то, что он сделает с полученными сведениями. Ванье предстоит отчитываться Торкелю. Он же имеет возможность сразу пойти выше. Все еще можно спасти.

День по-прежнему может стать совершенно идеальным.

* * *

Ее ждали.

Охранник, едва завидев ее, сразу открыл калитку. На территорию «Лёвхаги» существовал только один путь – мимо маленького кирпичного домика охраны. В первые два раза, когда она сюда приезжала, ей приходилось предъявлять документы через окошечко. Теперь же они ее узнали и, как только она приблизилась, пригласительно замахали руками. Она прошла по дорожке к зданию, мимо высокого забора, увенчанного колючей проволокой. По другую сторону находилось открытое отделение. Она увидела, что несколько заключенных наслаждаются солнцем во дворе для прогулок. Для игры в футбол было, очевидно, слишком жарко, и они, сняв футболки, просто лежали и расслаблялись. Один из них встал, чтобы рассмотреть ее.

– Ты пришла, чтобы встретиться со мной? – крикнул он, напрягая мускулы.

– А тебе бы этого хотелось? – ответила она и пошла к другой калитке, в другом заборе, тоже с колючей проволокой. Этот барьер отделял спецкорпус от остальных зданий. Здесь охранник потребовал, чтобы она предъявила удостоверение и сдала оружие. Впрочем, тут ее тоже ждали.