Наконец.

Ей требовалось сосредоточиться на том, чтобы остановить убийства и восстановить отношения с Билли. Ей его не хватало. Может, это просто-напросто связано с его новой девушкой? То, что он вдруг перестал довольствоваться тем, что она и остальные члены команды используют его только для технической помощи? Пожалуй, что-то в этом есть. Ванья слишком долго воспринимала его как данность и не всегда интересовалась его точкой зрения. С другой стороны, они всегда были честны друг с другом. Этого-то она и не понимала. Почему так произошло? Чем он недоволен и почему ничего не сказал ей? Не объяснил своих переживаний. Ванья думала и надеялась, что они как раз в таких отношениях. Очевидно, нет. Она решила, что при первом удобном случае обстоятельно поговорит с ним. Это, вероятно, единственный выход.

Она услышала, как чуть поодаль открылась дверь, и вышла, чтобы посмотреть. Это вернулся охранник.

– Он готов.

Ванья с напряжением последовала за ним. Распрямила плечи и попыталась приобрести максимально спокойный вид. Она встречалась с Хинде только раз. Но одно она поняла. Он видит людей насквозь. Читает их. Нельзя нервничать или быть напряженной.

Необходимо просто-напросто блефовать.

Новая комната. Меньше той, где они встречались в прошлый раз. Окон нет. Тот же грязно-голубой цвет, что в коридоре. Похоже на камеру, которую больше не используют. Два стула, между ними стол, и все. Хинде сидел спиной к ней, ноги и руки накрепко пристегнуты наручниками к толстому металлическому столу. Стол, в свою очередь, привинчен к полу. В следственном изоляторе полицейские никогда бы не зашли так далеко. Помимо всего прочего, этого не допустили бы представители арестованных. Но здесь никаких адвокатов нет. Это «Лёвхага». И это не обычный допрос. Повышенная безопасность была, очевидно, одним из требований Харальдссона, чтобы разрешить Хинде с ней встретиться. Ее интересовало, как Хинде удалось добиться встречи за такое короткое время. Себастиан еще по-прежнему не получил разрешения. Вероятно, Хинде что-нибудь дал директору изолятора. Хотя она ничего не имела против именно этого свидания, ей казалось неприятным то, что Харальдссон вообще может влиять на расследование.

Хинде по-прежнему сидел неподвижно, несмотря на то что к этому моменту должен был заметить ее присутствие в комнате. До нее доносился только лязг блестящих цепей, которые позвякивали всякий раз, когда он осторожно перемещал руки. Охранник протянул ей маленькую черную коробочку с красной кнопкой.

– Тревожная кнопка на случай нападения. Я буду прямо за дверью. Постучите, когда закончите.