– Харальдссон.
Он надеялся, что это она. Что он услышит ее голос. Что все хорошо, и просто произошло нелепое недоразумение.
– Это Виктор Бекман, – донеслось из трубки. Не она. Ничего хорошего. На него нахлынуло разочарование, все силы уходили на то, чтобы стоять вертикально. Отвечать он уже не мог, но этого и не потребовалось, Виктор сразу продолжил:
– Эдвард Хинде упал в общей комнате, и его вырвало большим количеством крови.
– Что?
– Ну… Он, кажется, в очень плохом состоянии, мы здесь не можем о нем позаботиться. Похоже, что-то с желудком.
– О’кей… – Харальдссон слышал, что говорит Виктор, но не мог толком понять, зачем ему надо знать об этом именно сейчас. Ведь он все равно не в силах до конца усвоить эту информацию.
– Скоро приедет «скорая помощь», поэтому я и звоню. Вы должны разрешить транспортировку в больницу.
– Должен?
– Да. Перевозить его?
Опять, словно неоткуда, возникла мысль.
Картинка.
Воспоминание.
Хинде сидит на кровати в камере. Сам он стоит у двери. На руках гусиная кожа. Тихий голос Хинде.
–
–
–