— Как это? — не понял Долгополов.

— Очень просто. Как наткнемся на что-нибудь стоящее, нас тут же попытаются замочить.

— А мы успеем понять, что что-то нашли? Или так и помрем в неведении?

— Не бзди, — утешил его Крюков. — Мы погибнем, но за нами придут другие. А твоим именем назовут трамвайную остановку.

Сопровождавший их сержант успел сильно соскучиться. Он страшно зевал в коридоре и когда сыщики вышли к нему, поинтересовался:

— Мужики, вы че как не люди?

— В смысле?

— Пашете как космонавты на орбите. Надо же и прерваться. Пивка попить.

— А здесь есть где?

— Хоть залейся. Вон чайная.

В чайной поили разливным пивом. Его наливали не в пластмассовые стаканы, а в настоящие старинные, почти антикварные кружки. Другие напитки также имелись в ассортименте. Кроме чая, разумеется. Сержант взял себе сотку водки с прицепом в виде поллитра пива и забился в темный угол, чтобы не заметил дежурный по части, если вдруг и ему взбредет в голову забежать пропустить граммов пятьдесят для бодрого несения службы.

Крюков и Долгополов устроились со своим пивом под большим окном.

Меланхолически посасывая кусок воблы, Крюков старался понять, что же искали убийцы в квартирах своих жертв?

— Не занято?

Возле их стола остановился немолодой мужик с двумя кружками пива.

Крюков недоуменно оглядел помещение. Кроме них и продавщицы в чайной никого не было.

— Мне бы к свету поближе, — пояснил мужик.

— Да ради Бога, — пожал плечами Крюков и подвинулся.

Мужик сел рядом, отпил пиво и слизнул пену с верхней губы.

— Ничего не понимаю, — сказал он. — Пиво приходит прямо с завода в запаянных бочках. Их при мне открывали, сам видел. И сразу втыкают кран — и наливают. Поначалу неразбавленным поили, а сейчас чувствую с доливом. Освоили процесс. Но как?