— Пойду заводить свою колымагу, — сказал Крюков.

— А может на казенных "жигулях" прокатимся? — предложил Рудаков. На твою машину бензина не напасешься.

— На моей безопаснее, — стоял на своем Крюков.

"Крюков, зайди ко мне", — прозвучал голос Ирины по системе громкой связи.

Крюков вошел в кабинет председателя кооператива. Здесь по-хозяйски расположились трое мордоворотов. Четвертым был старый знакомый Крюкова полковник ФСБ Спицын.

— Вы не могли бы оставить нас ненадолго? — попросил он Ирину. — У нас намечается очень интимный разговор.

Ирина пожала плечами, поднялась из-за стола и вышла. Спицын немедленно уселся в ее кресло.

— Мне тоже выйти? — спросил его Крюков.

— А вас попрошу остаться! И давайте без этих ваших фокусов.

— Без фокусов, так без фокусов, — Крюков без приглашения уселся на свободный стул. — Просто споем и спляшем в борделе нашем. Кто начнет?

— Мы тебя посадим, — сразу перешел к делу Спицын.

— Ну что же, и тюрьма для людей, — парировал Крюков. — К тому же я как истинный философ, и в камере буду свободнее, чем ты на воле.

— А ты знаешь, что с ментами в камере делают? — прошипел Спицын.

— Только не надо этих страшных рассказок про тяжелую судьбу ментов и насильников на зоне, а то я со страху обосрусь прямо тут. Ты сам-то в камере когда-нибудь сидел? Нет? Я так и подумал. Сейчас ментов в зонах — половина, если не больше.

— Мы ведь можем тебя уволить, причем так, что и дворником потом не устроишься. Без вопросов.

— Напугал ежика голой задницей. А ты ведь не знаешь, чего я больше всего боюсь. А боюсь я голых баб с большими сиськами. Но тебе про это не скажу, а то определишь меня в публичный дом за бюджетные деньги в три смены пахать.

— Ща, размечтался! — ухмыльнулся Спицын. — По твоим делам и двух расстрелов мало.

— Уй как страшно! Ладно, раз уж я здесь, поведай, что я такого криминального натворил, чтобы два раза не приходить. Может я испортил воздух на пленарном заседании Думы или не снял шляпу перед портретом президента?

— Да у тебя целый букет преступлений! — обрадованно заорал Спицын. — На тебя можно вешать половину статей уголовного кодекса и таблицы Менделеева! Злоупотребление служебным положением, получение взятки несанкционированное применение оружия. А как укрывательство черножопого террориста, этого Твалы? Может ты его сообщник? Тебе мало?

— Какое еще, на хрен, несанкционированное применение? Я кого-то убил или ранил?