– Да.

Краткие ответы. Нет смысла вдаваться в рассуждения, пока он не узнает больше.

– Это она принесла материал о моем отце.

Ванья уставилась на него так, как не смотрела на него даже когда ненавидела его всей душой.

Думать требовалось быстро.

Черт, как быстро требовалось соображать.

Он отступил в сторону, приглашая ее зайти. Она сделала два больших шага. Остановилась прямо возле двери, явно не намереваясь снимать обувь или верхнюю одежду.

– Расскажи, – попросил он, чтобы выиграть время.

– Твоя подружка принесла в УБЭП материал, из-за которого задержали отца, так что, пожалуй, будет лучше, если расскажешь ты.

Руки по-прежнему скрещены на груди. Взгляд требовательный. Себастиан решил сказать правду или вариант правды. Максимально близкий, но исключающий некоторые детали. Издав глубокий вздох, он огорченно посмотрел на Ванью. Ему даже не требовалось играть, это могло в одно мгновение разрушить все, что они выстроили за последние сутки.

– Эта мысль приходила мне в голову, но… – Он запнулся и покачал головой. – Я надеялся, что это не так.

– Что значит не так?

Себастиан набрал в грудь побольше воздуха. Надо делать ставку на понимание, и будь что будет. В создавшейся ситуации хуже всего пытаться изворачиваться.

– Несколько месяцев назад Тролле Херманссон пришел сюда и дал мне пакет с расследованием дела Вальдемара.

– Почему? – перебила Ванья. – Почему он дал его тебе?

– Не знаю. Наверное, он знал, что мы иногда вместе работаем, но что я больше не вхожу в Госкомиссию.

– Но почему он вообще проверял отца?

Себастиан пожал плечами. Можно продолжать придерживаться модифицированной правды.

– Если я хорошо знал Тролле, то он брался за те задания, которые ему удавалось получить.

– А ты хорошо его знал?