– Здравствуйте, меня зовут Магдалена, – сказала Ванья. – Мне бы надо немного поговорить с вами о Себастиане Бергмане.

– Что с ним? – спросила Эллинор, в голосе звучала смесь скепсиса, радости и беспокойства.

– Можно мне ненадолго войти?

– Нет.

Чтобы придать словам веса, она подтянула дверь к себе, оставив только маленькую щелку. Прислонясь щекой, она выглядывала из щелки одним глазом.

– Что с Себастианом? – повторила она.

Для начала Ванья объяснила, что она из полиции, и держала кулаки, чтобы Эллинор не попросила показать ей удостоверение. Та не попросила, поэтому Ванья продолжила, сказав, что расследование Управления по борьбе с экономическими преступлениями привело к Себастиану, и теперь у него, возможно, возникнут некоторые сложности. Маленькая часть лица Эллинор, которую она видела, казалась ошеломленной. «Дактеа», Тролле Херманссон и тот факт, что он мертв, а также то, что сведения предоставил человек, имеющий отношение к Себастиану, – все это вынуждает полицию поинтересоваться ролью во всем этом Себастиана, продолжала Ванья. Дело сложное, а когда в расследованиях возникают коллеги, принято изучать ситуацию более подробно. Эллинор серьезно кивнула в знак того, что понимает, и Ванья немного восхитилась собственным умением лгать.

Эллинор начала рассказывать. Ванье показалось, что она говорит с равной степенью гордости за свой поступок и стремления не бросить ни малейшей тени на Себастиана.

Да, он просил ее выбросить пакет, но она прочла содержимое и решила ему помочь.

Нет, Себастиан никогда не говорил, что Вальдемар представляет для него угрозу, и не выражал желания тому как-то навредить, это был собственный вывод Эллинор. Возможно, она ошиблась.

Да, она думает, что он получил материал от какого-то Тролле, но точно не знает.

Ванья чувствовала, что все больше и больше расслабляется с каждым разом, как Эллинор подтверждает слова Себастиана. За последнее время на ее долю выпало столько переживаний, ее эмоции скакали, словно на американских горках, и известия о том, что Себастиан по какой-то необъяснимой причине активно способствовал аресту ее отца. Теперь же складывалось впечатление, что все обстоит как раз наоборот.

Он хотел ее защитить.

Спасти ее. Опять. В точности, как спас у Хинде.

Ему бы это удалось, если бы не женщина, прижимавшая половину лица к щели в дверях. Ванья ощутила, как в ней закипает ярость. Чистое, ярко выраженное чувство, приятное после пережитой за последние сутки смеси горя, боли, подозрительности и растерянности.

– Себастиан вернулся в город? – спросила Эллинор с некоторой надеждой в голосе.