— Тогда вы и решили включиться в её расследование самостоятельно, — кивнул Соболь.

— Инкогнито, разумеется, — сказал Сабуров. — Открыто мою помощь Эльмира никогда бы не приняла, но я понимал, что одна она не только себя погубит, но и девочку. Простите, что, может быть, слишком мелодраматично, но рассказав эту историю, которую всегда держал в себе, другому человеку, я словно камень с души снял, надеюсь, вы понимаете.

— Прекрасно понимаю, — сказала Наташа, — более того скажу, что ваша дочь большая молодец. Она бросила вызов людям, которым многие мужчины боятся перебегать дорогу. Что ещё удалось узнать вашим ребятам?

— Есть пара интересных вещей, — сказал Сабуров. — Препарат доставляют сюда морем, выгружают в порту и распродают по аптекам, но обратно корабли не пустые отправляют, а с грузом — молодыми девушками. Их высаживают в Марселе и уже по суше переправляют в клинику Тополевича в Швейцарии.

— Зачем? — спросил Соболь. — Как проституток?

— А вот это главная загадка, — сказал Сабуров, — этого никто не знает, кроме самых проверенных. Мне, к сожалению, не удалось подобраться настолько близко. Но говорят, что ни одна из перевезенных туда девушек назад не вернулась.

Значит, вот как убитые девушки должны были отправиться в Швейцарию, поняла Покровская, вероятно, что-то пошло не так и от них избавились. Но для чего их туда отправляли? Возможно, что на них испытывали препарат, как на подопытных. Это может быть. Но почему понадобились девушки отсюда? И почему девушки?

— Вы можете устроить нам встречу с вашими агентами? — спросила она. — Нам нужна полная оперативная обстановка. Мы должны знать об этих людях всё. Что они делают? С кем встречаются? Куда тратят деньги? Всё.

Сабуров кивнул.

— Что же, это можно устроить, — сказал он, — я готов вам помочь, если вы пообещаете не бросать это дело и довести его до конца. Мне нужно, чтобы вы остановили этих людей. Я готов вам оказывать любое сотрудничество.

Соболь бросил взгляд в сторону Покровской, та лишь выразительно смотрела на Сабурова, словно бы изучая его лицо.

— Стоящее предложение, — заметила Наталья, — но почему вы не обратились к нам открыто? Вы же сами сказали, что собирали информацию.

Сабуров тяжело опустился на стул. Закурил.

— Потому что в таком деле не нужны лишние уши, — сказал он, — а главное, люди, которые нас с вами интересуют, не знают о том, что я против них копаю, иначе они вряд ли предлагали бы мне вступить в их «Лигу честности». А если бы я обратился к вам напрямую, они бы сложили два и два.

— Значит, вам предлагали, — спросила Покровская, — вступить?