— Прекрасно, — усмехнулся Штильхарт, — раз ты такая сверхчувствительная, ты люк и открываешь.

Он отошел назад, уступая место. Мужская наглость не знает пределов, подумала Кристина.

— Эх, не завидую я водопроводчикам и трубочистам, — сказала она, берясь за вентиль доступа.

— А себе завидуешь? — поинтересовался Флориан, облокотившись на притолоку, даже не думая помогать.

— Ага, — ответила Кристина, крутя вентиль. — Вернее, завидовала, до семи лет. Бабушка, игрушки, шоколадки. Мм. Прямо сказка, а как в дипломатический интернат пошла, так вся нормальная жизнь и закончилась. Стала играть в бридж, пристрастилась к вину и познакомилась с тобой.

— А ещё говорят, что там готовят дипломатическую элиту, — хмыкнул Штильхарт.

— В такие минуты я всегда вспоминаю девиз нашего класса, — меланхолично бросила Кристина, — Simul nos movere montes! Non-solum cum schola.

— Что это означает? — поинтересовался Штильхарт.

— Вместе мы снесем и горы, только бы не вместе со школой, — перевела Кристина.

— Ясно, — протянул Штильхарт.

Стоявшие рядом девушки смотрели на диалог с открытыми ртами, искренне полагая, что их спасители переговариваются каким-то странным шифром.

Внизу щёлкнул замок, и Кристина легко отвинтила и отодвинула люк. Клубы пара наружу не повалили. Девушка заглянула внутрь и сообщила:

— Проход ведет вверх уровней на десять. Внутри вертикальная лестница. Все готовы?

— Ты говоришь так, будто у нас есть выбор, — прокомментировал Штильхарт, — так и быть, полезу вперед.

Даша и Соня сочувственно посмотрели друг на друга. Не очень-то весело ползти по лестнице десять этажей вверх.

* * *

Кристина стала подниматься вслед за Штильхартом. Путь наверх вызывал клаустрофобию и, после всего, через что они прошли, казался, честно говоря, изнурительным, но мысль о том, что они, наконец, покинут эту мрачную бездну, заставляла упорно карабкаться вверх.

Наверху находился еще один люк, который Флориан с легкостью открыл. Девушки вылезли вслед за ним.

Они оказались в большом помещении, бывшем очевидно, складом. Зал высотой в два этажа заполняли коробки различных типов, ошеломляющее количество металлических пластин, всяких переходов и нечто, похожее на радиаторные батареи. В дальнем углу находилась камера — отсек с толстыми металлическими стенками, используемая для ликвидации вредных отходов. Штильхарт осмотрел ее изнутри.

— Старье, — доложил он, — но есть устройство для заморозки. У вас фруктов никаких нет?