– Э-э… это может быть фиалкой?

Карлсен пожал плечами и сказал:

– Во всяком случае, это эскиз Ольги, вне всяких сомнений. А эти уцелевшие линии могут быть лепестками какого угодно растения. У Ольги был своеобразный подход…

– Вы видели это раньше? – Томпсон показал находку доктору.

Тот, взглянув, покачал головой.

– Впервые вижу, – отозвался он.

Карлсен снова поворошил пепел в камине.

– Вопрос: как этот эскиз оказался в комнате Барбары?

– Она нашла его и…

– Нет, нет, сама она не могла сжечь улику, – горячо возразил Карлсен. – Она намеревалась пойти в полицию, потому что, понимаете… – он ухмыльнулся, – она внезапно поняла, кто убийца.

Томпсон и Джейкобс посмотрели на него и поспешили отвести озадаченные взгляды. Томпсон уставился на тело, Джейкобс – на замок в двери.

– Об этом она заявила мне на кухне меньше часа назад. Сказала, что соберёт вещи, дойдёт до полицейского участка и расскажет правду о смертях в этом доме.

– Как она могла догадаться? – спросил Томпсон.

Двое других странно на него посмотрели.

– В смысле, как она вычислила преступника?

– Держала в руке стакан, – объяснил Карлсен.

Доктор нахмурился.

– Какой ещё стакан?

– Из которого пила Урсула. Любопытно, – протянул Адам, – она сказала, что удивлена, как не узнала «фиалку» сразу.

– И что, по-вашему, это могло значить? – озадаченно произнёс Джейкобс.