— Что-то тут… не то! — качал в сомнении головой дагестанец.

— А вдруг, какая-то акция против тебя за этой легендой таится? — выдвигал предположение чеченец. — А Муса этот — подкидной дурак? Наживка?

Пакуро оставалось лишь пожимать плечами, повторяя неопределенное «Посмотрим…»

Утром из Москвы позвонил Муса. Отрывисто, словно приказывая, произнес:

— Идешь от гостиницы прямо, потом перекресток, за перекрестком — закусочная. Стой у входа. Подойдет брат. Он в кожаной куртке, синем свитере, все зубы — золотые.

— Когда идти?

— Прямо сейчас.

Положив трубку, Пакуро оглядел сидевших в номере сотрудников — московских и местных. Сказал:

— Вроде, началось… Встреча у закусочной. Надо идти от гостиницы прямо, а за перекрестком…

— Есть там закусочная, — подтвердил местный опер, вытаскивая из кармана рацию. — Я пошел на рекогносцировку ландшафта, народ сейчас выставится на позиции, а вы — подтягиваетесь… Кстати, — вытащил из сумки, стоящей в ногах, бронежилет, протянул его Пакуро. — Одень под курточку, неровён час…

Окружающие майора люди угрюмо и согласно кивнули, молчаливо подтверждая справедливость такой рекомендации.

Возле закусочной Пакуро прошатался около двух часов, однако никакой золотозубый человек в кожаной куртке к нему не подошел.

Пришлось возвращаться в гостиницу, снимать с себя тяжеленную спецодежку, а затем, в компании коллег, отправляться на обед в кафе.

Из кафе заехали в УБОП, провели короткое совещание с местным начальством, и вновь возвратились в гостиницу.

Едва Пакуро открыл дверь номера, раздался телефонный звонок.

— Извини, сорвалось, — раздался в трубке голос Мусы.

— Что сорвалось?! — раздраженно спросил Пакуро. — Чего ты мне мозги морочишь?!

— Ты не кричи, — злым голосом урезонил его Муса. — Все знаю: пошел ты к закусочной, был в куртке-«аляске»; два часа там торчал, потом в гостиницу отправился, а после на джипе в кафе вы поехали… Так?

— Ну… — сбавил обороты Пакуро.

— А потом в УБОП час сидели… Так? Я ведь не ясновидец, правильно? Люди звонили, есть проблема… Салман — шеф моего брата, «хвост» за ним направил, чего-то унюхал… Такое вот дело. А ты — горячишься…