— Не может быть! — Тори не могла в это поверить, глаза у нее округлились еще больше.

— Я это сделала. Я связала ее шнурки вместе. Когда собрание болельщиков закончилось и пришла пора уходить, она свалилась. Разбила губу, ударилась носом, было много крови. Я жутко испугалась. К счастью, никаких серьезных травм она не получила. По крайней мере, временно она присмирела — с этими синяками и опухшим лицом.

— У тебя было ощущение, что ты заставила ее заплатить, пусть и немного? — спросила Тори, не сводя глаз с матери.

— Примерно три секунды, потом я уже чувствовала себя паршиво. Негодяйкой я себя чувствовала! Я все время думала о тех ужасных вещах, которые могли бы случиться. Она же могла получить серьезную травму. К счастью, ничего непоправимого не случилось.

— Вау! Не могу поверить, что ты сделала что-то подобное.

— Мы все когда-нибудь говорим или делаем то, о чем потом сожалеем. Может, в тот момент, когда мы это говорим или делаем, это кажется правильным или звучит так, как надо, потому что мы расстроены или обижены. В конце концов мы понимаем, что это была ошибка.

До Тори быстро дошло, к чему клонит ее мать.

— Я этого не делала, мама. Я не толкала Брендал и не говорила Саре, чтобы она это сделала. Я не знаю, почему она сказала, будто я виновата. Это неправда. — Дочь покачала головой. — Я этого не совершала.

— Я никогда и не верила, что делала, — заверила ее Керри. — Я просто хотела, чтобы ты поняла: мы все делаем ошибки. Если сама идея обсуждалась до случившегося…

— Она не обсуждалась! — закричала Тори. — Клянусь. Мы никогда не говорили о том, чтобы как-то навредить Брендал. Никогда. Мы только говорили, что надеемся, как наступит день, когда все увидят ее нутро и поймут, какая Брендал на самом деле. Мы никогда (по крайней мере я) не предпринимали никаких шагов, чтобы это случилось.

— Давай поговорим о Саре, — предложила Керри. — Ты замечала, что в последнее время она изменилась? Депрессия? Беспокойство? Может, что-то в ее отношениях с родителями?

— Ничего. Сара обижалась на то, что говорила и делала Брендал, но она знала — в конце концов это прекратится. Брендал никогда долго не фиксировалась на одном человеке. Мы с Сарой не сомневались, что через некоторое время она перекинется на кого-то другого.

— А что ты можешь сказать про Элис? Как она во всем этом фигурирует?

Тори глубоко вздохнула.

— Именно она все время повторяла, что Брендал должна понять: нельзя так плохо относиться к людям. Она ей совсем не нравилась. Если честно, я думаю, что она ей завидовала.

— Она никогда не предлагала кому-то из вас или всем вместе принять какие-то меры?