Теперь Тори понимала, какая Элис врунья. Она не могла подвести Сару, если та ей требовалась. Нельзя было игнорировать звонок Элис. Точно так же, как нельзя было не довести это дело до конца.

Ей следовало все рассказать маме, а не оставлять записку. И не выходить из дома украдкой. Если это еще одна ложь…

— Я тебе не верю.

Тори застыла на месте. Она произнесла эти слова вслух. Громко. В сторону Элис.

Элис держала сумку перед грудью, запустив в нее одну руку.

— Заткнись, Тори.

Тори осмелилась встретиться с ней взглядом. Глаза у Элис были безумные, в них горела ярость. Она не шутила.

— Мы сделаем все вместе, — спокойно заявила Элис. — Как мы и планировали. — Она даже улыбнулась.

Может, ради водителя, поскольку он наблюдал за ними в зеркало заднего вида.

А они не планировали ничего. Элис сказала Тори, что делать, и Тори сделала.

Тори быстро прочитала еще одну молитву. Очевидно, что водитель не работал на семью Элис, и теперь Тори надеялась, что он не один из тех людей, которые не любят ни во что вмешиваться.

«Помогите мне. Пожалуйста».

Тори смотрела в зеркало заднего вида и молча повторяла эти слова снова и снова. Может, ее глаза каким-то образом передадут ее мольбу этому мужчине.

39

39

7:30

Дом Девлин Двадцать первая авеню, Юг Бирмингем

Керри держала кружку с кофе обеими руками. Вчера вечером они допоздна разговаривали и плакали вместе с Тори. Они съели пиццу, попкорн и мороженое. Керри ушла из спальни Тори уже за полночь. Дочь осталась спать у себя в кровати, а Керри направилась к своей.

Спала она очень крепко. Сегодня утром Керри открыла глаза, когда уже пробило семь. Она никогда не вставала позже пяти. Никогда. Тори обычно уже вставала к шести, самое позднее к семи. Керри бросила взгляд в сторону гостиной. Королева попкорна так пока и не появилась. Ее дочь однажды победила в конкурсе на поедание попкорна. Керри скорчила гримасу. Сама она предпочла бы никогда в жизни его не видеть.