— Я сама очень хотела бы это знать, — сказала она. — Тебя доставили из офиса вчера вечером без сознания, а кабинет разгромлен, как будто ты с кем–то дрался. На шум сбежались твоя секретарша и Жермен; они никого не встретили. Ты был совершенно один. Падая, ты поранил себе кожу на голове.

— А врач, что он думает?

— Он думает, что ты слишком много работаешь, что тебе следовало бы отдохнуть, уехать куда–нибудь на Юг на несколько недель.

— Кто ваш врач? — спросил Лаваренн.

— Доктор Равель.

— Ясно, — бесстрастным тоном сказал Лаваренн. — Продолжайте.

— Естественно, — продолжал Малапер, — это меня не убедило. Как только я стал в состоянии ходить, я направился в магазин и расспросил Раймонду. Это моя секретарша. Она подтвердила слова Элиан.

— Впрочем, — сказала она, — ваш кабинет оставили в том виде, в котором его и нашли.

А мой кабинет пребывал в плачевном состоянии. Как будто его ограбили. Кресло перевернуто… ящики вывернуты… занавеска оборвана… рамки из–под фотографий растоптаны… Вы можете представить себе мой ужас!

— Итак, — заметил я Раймонде, — я ведь вам сказал, что меня не будет. Помните? Вы сидели, что–то печатали.

Раймонда смутилась. Как будто колебалась. Наконец она решилась:

— Нет, мсье. Меня там не было.

Это было уж слишком. Я вызвал Жермена.

— Послушайте, Жермен… Скажите «да» или «нет». Я поздоровался с вами в пятницу, выходя из кабинета?

— Нет, мсье. Я не видел, как вы уходили.

«Так что?.. Так это значит, что я…» Однако я все еще сомневался. И однажды вечером я отправился в путь… Если бы я пережил жуткий кошмар, я бы никогда — не так ли? — не нашел вновь тихого дома, камердинера в полосатом жилете… Вы же полностью согласны, доктор? Этого особняка не существовало, не могло существовать… Ладно! В любом случае проулки, они–то точно существовали. Я узнавал их один за другим, и мне казалось, что вижу впереди себя силуэт Элиан. Я испытал потрясение, когда пересекал двор дома с внешним лифтом. И я остановился, увидев большой крытый грузовик: «Братья Ришар. Железнодорожные и автомобильные перевозки».

Я потрогал его. Мне было необходимо прикоснуться к ледяному металлу. И наконец, последний двор, небольшое крыльцо. Я долгое время не решался, словно зверь перед западней. Но я должен был все пройти до конца. Я должен был испытать себя, понимаете? Я поднялся. Как и в прошлый раз, дверь была закрыта на щеколду. Я вошел. Пересек кухню. И вдруг на меня внезапно нашел страх. Другого слова не нахожу… Он давил на меня. Душил меня. Потому что духи Элиан ощущались там по–прежнему отчетливо. Я вдохнул их… Они вели меня через вымерший дом. Так я очутился на втором этаже. На этот раз лестница освещалась дежурной лампой, алая дорожка, блестящие прутья… Я продвигался вперед на цыпочках, словно какой–то воришка. Это я–то, один из самых заметных людей в городе. И меня бил озноб. Потому что теперь я знал, что мне не привиделось… Я вновь увидел статуэтку на своей подставке: купающаяся нимфа. Тишина была чудовищной. Я схватил статую. Я решился на убийство. Повернулся к двери, и тогда…