Причем сказал он это совершенно равнодушно. Безо всяких эмоций в голосе, словно не ему идти было завтра с ними.

— Из пацанов кто с тобой будет?

Гришка назвал.

— Кривого не бери, — посоветовал Моченый, отлавливая ложкой сварившиеся пельмени.

— Почему это? — поинтересовался Гришка.

— Он дебильный. Херню какую-нибудь отмочить может! — доходчиво пояснил хозяин квартиры. — Разливай, что ли, — старый киллер, похоже, совсем не мог спокойно переносить вид водки на своем кухонном столе.

Гришка наполнил стакан Моченого. Себе он лишь слегка долил, предполагая, что купленная литровка не последняя на ближайшее время.

Некоторое время они ели молча. Затем Моченый вновь пустился в разглагольствования насчет того, что во всех бедах на земле виноваты бабы.

— Чтобы ты знал, Волдырь, — горячился он, — если бы не моя курва жена, я бы сейчас кадровым офицером был! А вместо этого полжизни пришлось по помойкам скитаться!

Гришка ничего не отвечал. Он только слушал, предполагая, что пьяному хозяину нужно просто выговориться.

Но того, видно, не вполне устраивала роль оратора. Свой монолог он часто перебивал вопросами, заставляя тем самым Парфена включаться в беседу.

К большому удивлению, когда пельмени были съедены, а водка выпита до дна, предложения продолжить не последовало.

— Хочешь — в ящик таращься, а я спать пойду! — объявил Моченый и отправился в комнату. Вскоре оттуда раздался его храп.

Гришке делать было совершенно нечего, и он действительно включил телевизор. Ему не спалось. Некоторое время он таращился в ящик совершенно безо всякого интереса. Когда надоело, он выключил ящик и улегся на спину.

«Законник, Квадрат, — думал Парфен, нервно грызя подвернувшийся невесть как под руку карандаш. — Когда этому будет конец?»

«Может, завтра и будет, если вас охрана пришьет!» — зловеще предрек внутренний голос.

«А вот это черта с два! Я жить хочу!»

«А он что же, думаешь, не хочет? И у него охраны побольше, чем у Васьки Смирнова, и таких лопухов, как Самосвал, наверняка нет!»

«Но ведь у нас все до мелочей продумано, должно как по часикам сработать!»

«Часы иногда, знаешь ли, тоже ломаются! Да и…»