«Что «да и…»?

«Завалишь ты завтра Квадрата, послезавтра будет следующий! Когда-нибудь твое везенье закончится, Гринечка!»

«Тарасов сказал…»

«Тарасов сказал! — насмешливо перебил его внутренний голос. — Он тебе в прошлый раз тоже много чего говорил да обещал! А получил ты вместо этого семерик!»

Карандаш сломался в пальцах.

* * *

К вечеру следующего дня они сидели в офисе и ждали сообщения. Мирон с Моченым закрылись в кабинете и о чем-то беседовали.

Гришка играл в карты с Чемоданом и еще одним парнем. Четвертого, как и советовал Моченый, они исключили. Сидели уже около часа, как вбежал пацан и выпалил скороговоркой, что Квадрат с охраной только что прибыл в ресторан.

— Ну, парни, по коням! — объявил Парфен, отложив колоду.

Мирон с Моченым ехали на новой «Вольво». Вел машину Парфен.

— Ты все понял? — еще раз переспросил Гришку шеф.

— Все я отлично понял, — улыбнувшись одними уголками губ, ответил Парфен.

Он понял гораздо больше, нежели думал Мирон. Он уже твердо был уверен, что Мирон решил вычеркнуть его из списков членов своей бригады. Способ это сделать существовал только один.

— Ну, тогда вперед.

Машины они оставили за квартал от ресторана.

* * *

Сергей Брылев получил свое воровское звание совсем недавно. Гордился он тем, что получил его совершенно заслуженно, не как многие сейчас. Отвалят «зелени» — и все. Короновали, объявили! А сам и зоны не нюхал толком! Нет, Квадрат свое выстрадал.

И потому никому своих прав уступать он не собирался. Как только замочили Артурчика, Квадрат насторожился. Базарник работал из-под него. Кусок Москвы черному он дал не самый худший, и тот исправно отбивал ему бабки. Наезд на базарника Брылев справедливо расценил как артподготовку перед конкретным боем. Среди предполагаемых противников значились двое: Мирон с его бригадой и начавшие поднимать голову луневские.

После того как замочили Артура, у Квадрата не осталось никаких сомнений. Он уже было решил разобраться с Мироном, справедливо посчитав не спровоцированное ничем убийство своего ставленника вполне веской для того причиной. Но неожиданно передумал.

«Кто такой был Артур? — рассуждал вор в законе Сергей Брылев. — Базарный держиморда, барыгой как был, так и остался! Мирон тоже далеко от него не ушел, но побашковитей будет. Зону нюхал, должен соображать, что к чему! А человек на этой территории все одно нужен! И опять же — свой, московский».