Светлый фон

– Вы успеете? Успеете предотвратить то, что готовится в Берлине? Асад и его семья, что с ними будет? Скажи все как есть.

– Честно?

– Да, ради бога, только честно.

– Меня все это очень беспокоит, Мона. В последние несколько дней мы никому ничего не говорили, потому что толком так и не удалось ничего выяснить. А что касается семьи Асада, то перспективы самые мрачные. То, что должно случиться… Боюсь, мы не сможем им помешать.

– Теракт в Берлине?

– Да.

– Тебе надо вернуться, чтобы помочь Асаду, Карл. Иначе никогда не простишь себе этого. У меня все будет хорошо, я обещаю. А ты должен обещать, что не будешь рисковать. Если с тобой что-то случится, то я… – Она положила руки на свой живот.

Добавлять что-то не было необходимости.

– Обещаю, – сказал он. – Но сейчас я здесь и хочу побыть с тобой.

– Карл, у тебя есть еще одно дело. Благодаря Розе я тоже к нему подключилась. Ты должен помочь мне, и Розе, и Гордону, понимаешь? Жизнь двух женщин зависит от того, сумеете ли вы остановить этого безумного парня. Через десять минут ты отправишься в управление полиции и сделаешь то, что всегда делаешь лучше других, хорошо, Карл?

Он склонил голову набок. Какая фантастическая женщина.

– Что тебе известно, Мона? Есть новости по этому делу?

– Парень сообщил Розе, что убьет двух женщин, потом выйдет на улицу и будет убивать всех подряд. И мы в это верим. Роза уверена, что он близок к своей цели в игре и вот тогда-то все и начнется.

– Ты хочешь сказать, это случится сегодня?

– Во всяком случае, скоро. Может быть, сегодня, может быть, завтра. Я знаю, что Маркус Якобсен в курсе событий и решил привлечь службу безопасности полиции.

– Каким образом?

– Если ты поедешь туда, то имей в виду, что они будут в вашем отделе через полтора часа. Так сказала Роза.

Карл заворчал. В одиннадцать часов. До полудня! Пай-мальчики из службы безопасности полиции никогда ему не нравились.

– А еще тебе надо знать, что Харди и Мортен второй раз съездили в Швейцарию, пока ты был в Берлине. Мне кажется, тебе следует с ними поговорить, когда все подуспокоится.