— В чем дело?

Надзиратель поднял камень с земли, посмотрел на него, покосился на заключенного и зашагал к помосту. Они с Арандой склонили голову над находкой. Пабло следил за ними. Лицо у него побелело.

По кивку Аранды к нему подскочил охранник. Вместе с другим они вытащили беднягу из ряда, скрутили ему руки за спиной. Комендант поднял повыше камень и крикнул:

— Среди нас завелся коллекционер! Этот человек нашел фрагмент святотатственной картинки из каменоломни и принес с собой. Кто-нибудь еще притащил милый сувенирчик? — Он окинул взглядом притихшие ряды узников. — Нет? Что ж, вас всех сегодня обыщут, бараки тоже. — Аранда скорбно покачал головой. — Почему вы никак не научитесь делать то, что вам велят? Я преподам вам урок на примере этого человека. Ночь он проведет в одиночной камере. А завтра вы все снова его увидите.

Охранники уволокли Пабло.

— Это означает крест, — пробормотал кто-то.

Аранда возобновил перекличку, выкрикивая имена своим чистым резким голосом.

Вечером в бараке после обыска Эстабло подошел к постели Берни. По обе стороны от него встали еще четверо коммунистов. Их вожак сел на пустые нары Пабло и сцепил руки поверх своей палки. Под сухой кожей костистых рук проступали пульсирующие жилы.

— Мне сказали, ты сегодня на карьере говорил с Пабло. Ты донес охранникам, что он притащил с собой этот камень? А, парень?

Берни сел, посмотрел Эстабло в глаза:

— Ты знаешь, что я этого не делал. Все видели: камень выпал у него из кармана.

— О чем ты с ним говорил? Ему запрещено с тобой общаться.

— Он нашел этот камень и показал его мне. Я сказал, чтобы он был осторожен. Спроси его сам.

— Я думаю, ты на него донес.

— Камень выпал из кармана, — вмешался старый трамвайщик Мигель. — Брось, compadre, мы все видели.

Эстабло враждебно взглянул на Мигеля.

— Видишь, люди начинают понимать, каков ты есть, сукин сын, — рассмеялся Берни. — Хочешь нажиться на беде Пабло.

— Оставь его, Эстабло, — сказал Мигель, развернулся и ушел.

Остальные трое неохотно последовали за ним.