— Щедро и со вкусом! — Лара протянула руку, Арчил застегнул на её запястье браслет и нежно поцеловал ладонь.

— Ты же видишь — это не безделушка. Такие вещи дарят женщине, которую предполагают видеть очень часто. — Арчил значительно посмотрел на Лару.

Лара ответила с обольстительной улыбкой:

— Рада, что наша взаимная симпатия теперь не секрет. Эти музейные сапфиры и бриллианты, а главное — твой открытый жест, дорогой мой повелитель, ко многому обязывают. Меня, в первую очередь.

— Спасибо, шени чириме, именно это я и хотел от тебя услышать. О плате за свой дар я напомню позже. Она тебя не разочарует. А сейчас вернемся к моей так называемой племяннице — дурном семени, осквернившем наш род.

Мне многое не нравилось в ней. То, что она пренебрегла национальностью и фамилией отца, и то, что она разделила его убеждения. Георгия Каридзе уничтожили в тюрьме мои люди — это была всего лишь месть за предательство. А состряпанное дело о хулиганстве — завершающий штрих в этой мести осквернение имени, чести. Но я сделал так, что московский друг Георгия Каридзе получил доказательства в причастности к убийству тестя Сергея Баташова. Это вызвало раскол в семье, но не разрушило её. Лишь совсем недавно Владислава узнала о вине мужа от Тайцева. А Тайцеву, естественно, информацию предоставили Ртищевы. Еще раньше я понял — Бык так крепко держится на ногах потому, что имеет хорошие «тылы». Он безгранично доверял своей жене. А, значит, именно эту крепость мы должны были разрушить в первую очередь… Ты просто гений, Лара! Женский ум имеет особо тонкое устройство, женщина применяет ювелирную технику, в то время как мужчина заряжает пушку.

— Ох, все мы, даже такие воительницы, как я — нежные, терпеливые существа, способные вывязать свитер на тонких спицах, соткать ковер как Пенелопа, а главное — проникнуть в потаенные уголки души любимого человека. Я, правда, никогда не вышивала, но любить, кажется, умею, — Лара преданно посмотрела на Арчила, который все это время не выпускал её руку, украшенную сказочными бриллиантами.

— Я понял, что смогу подчинить Баташова, переломив ему хребет, а значит — подорвать его веру в людей, в первую очередь — в преданность своей жены… Поймите, речь идет не просто о физической измене — постельные дела у русских в этом случае не играют решающей роли. Надо было заставить Быка сомневаться в том, что его жена — духовный союзник. А для этого — посеять сомнения в порядочности мужа у самой госпожи Баташовой. Ведь эта дама верная дочь своего отца. Она помешана на каких-то утопических, ветхозаветных идеалах чести. Муж для неё — ходячий манекен с рыцарскими добродетелями, лихой д'Артаньян, защитник обездоленных Робин Гуд… Не смейся, дорогая, такие женщины еще встречаются.