Как славно жилось нам в этом доме! И пока московской квартиры ещё не было, и потом, когда здесь собирались в воскресные дни наши друзья — пылкие и прямодушные до идиотизма, как Павка Корчагин. Постепенно они менялись юношеский энтузиазм угасал под напором делового цинизма и профессиональной жесткости. С кем мы остались последние годы? — И не поймешь… Толя, Лара с Афанасием, да кое-кто из «бывших», задержавшихся в окружении Баташова случайно. А нормально ли это — терять друзей?..

Глава 42

Глава 42

…Сергей прибыл под вечер, усталый, но довольный, каким всегда являлся из Москвы на дачный уик-энд.

— Ну и запах у тебя! Последняя трапеза перед эшафотом выглядит потрясающе. Позволь на пять минут заскочить в душ. Сегодня на дорогах сплошные пробки и пылища столбом.

Все было как всегда, только мы не поцеловались при встрече и я старалась не сталкиваться с ним взглядом.

— А этот ясновидец — Александр, кажется, и вправду не шарлатан. Хотя… — Я принесла борщ и налила Сергею полную тарелку.

— Разве ты его не помнишь? Ну, тот худющий мальчонка, что имел приводы в милицию, а потом ночевал у меня?.. Отличный супец! — Сергей нарочито усердно орудовал ложкой, замяв воспоминания о нашей первой ночи.

Я налила в рюмки водку.

— Давай помянем рабу божию Ассоль…

— Что? Слава, ты о чем?

— Три дня назад Ася погибла где-то в Африке. А ещё вчера твой ясновидец уверял, что она здравствует. Ну, ладно… Царство Небесное… Я её любила…

Сергей недоверчиво посмотрел, как я осушила рюмку и пить не стал.

— Если Сашка сказал, что жива, значит — так оно и есть.

— А может, ему дали указания? Какому-то полномочному человеку, допустим, было угодно, чтобы Ассоль Калчанова числилась в мертвых. До поры до времени.

— Ничего не понимаю. Объясни толком…

— Объясню. На десерт, ладно?

— А что ещё рассказал тебе Саша?

— Уверял, что дом хорошо стоит, а вот под тем кустом жасмина, что у сарая, зарыт клад.

— И что там оказалось?