– КШ2903, – отчеканил Мальчик.

Ксения улыбнулась.

– Это не имя – сказала она – как твое имя?

Мальчик посмотрел на неё стеклянными глазами.

– Мама говорила, что мое имя Коля – сказал он – но они говорили, что я КШ2903

Кристина резко дернула машину, едва не вмазавшись в столб. Им дают номера, как в лагере. И действительно, она присмотрелась к ожогу на шее ребенка, на который вначале не обратила внимание. Там было запечатано клеймо. Девушке захотелось немедленно развернуть автомобиль и вернувшись к клинике расстрелять всю эту веселую компашку, включая всех гостей.

– Она умерла? – спросил мальчик – мама умерла, да?

Он много знает о смерти – мелькнуло в голове Кристины, вероятно он видел её каждый день, а может быть и каждый час. Врать ему было бесполезно.

– В её положении, это лучший вариант – холодно сказала девушка – но она умерла, зная, что ты выживешь, поэтому ты должен бороться, понимаешь?

Мальчик закивал.

– Я буду бороться – сказал он – болезнь меня не коснулась, только маму.

Ксения внимательно посмотрела на мальчика.

– Что ты знаешь об этой болезни? – спросил он.

Мальчик покачал головой.

– Я ничего не знаю – сказал он – я помню только врачей.

– Расскажи нам об этих врачах – попросила Ксения.

Мальчик снова задрожал.

– Я не знаю – пролепетал он – всё было, как в тумане, словно дурной сон. Я помню, что мы с мамой были дома, я собирался в школу, как вдруг пришли солдаты. Они ничего не говорили, просто забрали меня и маму и привезли сюда, а дальше не помню, помню только врачей, которые в меня кололи чем-то.

Кирсанов мрачно дернул щекой, его лицо выражало крайнюю злобу.

– Монтвид говорил, что они похищают детей – с отвращением бросил молодой человек – теперь вижу, что это так.