Всё это естественно указывало на Покровскую, но было всё это как-то спонтанно и дерзко. Что-то не складывалось в голове генерала Артамонова. Вот почему он решил самостоятельно выяснить что тут творится за чертовщина.

И вот теперь этот дом.

Минуты через две, после того как скрылись оперативники, Артамонов открыл дверцу и вышел на улицу, плотнее закутавшись в плащ. Быть узнанным, особенно в этой ситуации это последнее, что ему было нужно.

Никто его и не заметил, хотя мимо и прошмыгнул один пошатывающийся гражданин, но он справедливо решил, что не надо вмешиваться туда, где фигурирует большой внедорожник и мускулистые молодцы. Он просто решил прикинуться слепым и глухонемым.

Не заботясь о том какое впечатление, произвел на случайного прохожего, Артамонов аккуратно приоткрыл дверь и перешагнул порог коттеджа, а потом минуя двух оперативников, занявших место на веранде, направился в следующую комнату посередине которой лежало и тряслось грузное тело в пижаме.

– Господин Школьников – приветствовал Артамонов режиссера – как-то вы не по статусу своему живете. Какая-то убогая халупа. Светом не пользуетесь. Где ваш шарм? Где обаяние творца? Как-то даже вас жалко. Впрочем… жалеют обычно мертвецов, верно?

Тело задергалось сильнее прежнего.

– Какие мертвецы? – заныл режиссер – вы кто? Я вас не знаю?

– Воистину – кивнул Артамонов – меня ты не знаешь, но думаю у нас есть с тобой пара общих знакомых. И вот эти знакомые должны были у тебя узнать про фильм, который ты делал, исторический такой. А ты их убить пытался. Нехорошо.

Генерал погрозил пальцем.

– Одного из моих людей всё же убили. Та, что в его убийстве замешена, сбежала, а в стране вообще после этого начало твориться черт знает чего. И, знаешь, всё как-то удивительно связанно с твоим фильмом. Что же я должен думать, а?

Режиссер попытался подняться, но дежуривший в комнате оперативник придавил его прикладом автомата к земле.

– Не имею ни малейшего понятия – продолжал трястись режиссер – мой фильм снимается исключительно согласно всем правилам и предписаниям министерства. Не понимаю какие ко мне вопросы?

Возможно мне следует перестать говорить так сладкоречиво, подумал генера и, скажем, добавить чуть-чуть метала.

– Ты ещё и дурак оказывается – констатировал он – всё ты прекрасно понимаешь и свою туфту, которую ты придумал для отмазок, ты будешь говорить на пресс-конференциях, мне же ты скажешь… кто тебе заказал этот фильм и что они сделать удумали и главное, как в этом замешаны Наталья Покровская и Александр Верховский.

Школьников бухнулся головой о деревянный пол и нервно засмеялся.