– Ваша игра закончилась – торжественно объявила девушка – я никого не предам.

Аристов лениво поаплодировал.

– Неплохое представление, – согласился доктор. – Но вы ошибаетесь, если думаете, что эта ваша маленькая победа имеет значение. Вы же знаете, что такое техника допроса и как он бывает увлекателен. Заверяю, что вы вкусили только малую часть моих допросов.

Наташа хмыкнула.

– Будьте проще, скажите ментальных пыток – заявила девушка – мне известны ваши тактики.

Доктор вздохнул.

– Семантика не имеет значения – сказал он – я весьма занятой человек и в моей жизни мало удовольствий, однако заверяю вас, что не откажу себе в радости продемонстрировать вам мощь своего проекта и умирать вы будете с мучительным осознанием того, что у вас был шанс ему помешать, но вы не воспользовались им.

– Тогда я проживу как можно дольше – заметила девушка – к тому же не будьте столь самоуверенным. Вам не дано знать, как отреагируют главы правительств на столь… революционное начинание.

– У них нет выхода – ответил доктор – ни одна лаборатория мира не сможет произвести вакцину против вируса, без компонента, который спрятан в медальоне. Этот вирус задумывался для истребления, поэтому совершенен. Они примут мои условия, ибо знают, что в противном случае человечество обречено на отвратительное вымирание. Отвратительное в плане вида смерти.

– Любая самоуверенность порождает брешь, в которую можно нанести удар – нравоучительно сказала Наташа.

– Когда что-то делаешь сам – кивнул Аристов – безусловно, однако, я ведь ничего не делаю. Всё происходит по стечению обстоятельств. Я лишь слегка направляю нити и всё устраивается так, как нужно мне. Ваши друзья там внизу уже угодили в мою ловушку, а следующим туда попадется Флориан Штильхарт. Посмотрите на экран. Отсюда вы увидите крах всех ваши надежд.

Наташа никогда бы не призналась открыто, но весь разговор, она боялась смотреть ровно туда, и вдруг именно сейчас, как будто в насмешку над словами Аристова, экран мигнул и на нем замелькали помехи. Надо отдать должное доктору, он никак особо не отреагировал на это каким-то разочарованием, наоборот ситуация его даже заинтересовала, кажется.

– Значит правда – многозначительно сказал он, нажимая на одну из кнопок на своем кубическом столе, не пояснив, что он имел в виду под словом «правда».

С шипением открылась дверь и вошел плотный офицер, затянутый в военную форму, наперевес он держал пистолет-пулемет.

– Вынужден доложить – сказал он – некоторым бунтовщикам удалось проникнуть за пределы бокса.

Аристов сохранял спокойствие.