– Вы должно пользуетесь устаревшей документацией, в вашей Директории – просветила диспетчеров Авонамйелус. – Международная федерация авиационных видов спорта уверила меня, что связалась с вами.

Радио замолчало. Алин представляла какие споры и сомнения были сейчас внизу.

– Вы говорите авиационные виды спорта? – вновь заговорил динамик.

Нет, прошипела про себя Алин, летим, чтобы расфигачить одно из ваших зданий и спасти людей, которые у вас считаются террористами. А вот интересно, что бы было если бы она так ответила? Её бы сразу уничтожили или просто приняли бы за сумасшедшую? Лично она бы приняла второй вариант.

– А, по-вашему, зачем мы тащим три чертовых «Спитфайера»? – недовольно поинтересовалась пилот. – Нас пригласили на частное авиашоу «Морской пейзаж с воздушными фигурами»

Нет, так врать ей ещё не приходилось. Несколько раз она, конечно, дурила диспетчеров в Афганистане, но никогда под маской участника развлекательного авиашоу. Впрочем, совершенствоваться во вранье врагу это даже искусством можно посчитать.

– Кто именно вас пригласил? – властно спросил диспетчер.

Алин посчитала за должное благородно вознегодовать.

– Я-то откуда это знаю – воскликнула она. – Я всего лишь пилот, а не какая-нибудь канцелярская крыса, бумажная душа. Если вы потеряли какие-то документы, то я-то здесь при чем? Свяжитесь там с кем-то наверху, а пока дайте мне сесть на ближайшей ВПП, иначе мы здесь рухнем без топлива, а вы будете объяснять местному большому босу, почему он лишился воздушного шоу.

На другом конце послышалось какое-то шушуканье.

– Подтверждаю – раздался голос в динамике. – следуете курсом 4–6 на площадку 327

– Спасибо – откликнулась Алин, вырубая динамик. Вскоре они окажутся вне досягаемости радаров, а диспетчеры Директории еще долго будут чесать голову, гадая, куда же именно делись назойливые воздушные артисты.

Динамик замолчал и более не подавал признаков интереса. Наступила тишина, если, конечно, не считать за её отсутствие гудение двигателей вертолета. Флориан посмотрел на часы. Оставалось ещё полчаса лёта. Штильхарт обернулся и бросил взгляд в грузовой отсек. Генерал Артамонов и его бойцы сидели с напряженными лицами, не говоря ни слова. Люди Лена, которых он отобрал, наоборот, ерзали на креслах, в предвкушении большой драки. Индейцы знали, что именно тот, кого они сейчас летят навестить, стоит за гибелью их родичей в поселении. Их сердца были сильно отягощены жаждой возмездия. Флориан надеялся, что игра стоила свеч.

* * *

Анастасия Урусова смотрела на Верховского и пыталась понять, что чувствует и чем дольше она смотрела на него, тем дольше понимала, что ничего, кроме холодной выжженной пустоты. И вместе с тем она наслаждалась его реакцией. Она видела в его глазах страх, отчаяние и безысходность от того, что сам Верховский видел сейчас перед собой – крах своей жизни. Крах всего что он любил и ценил. Всего ради чего он боролся, страдал, даже совершал ужасные, как он считал, преступления. Совершал не ради неё, как она наивно полагала раньше, а только ради своего собственного плотского желания и необъяснимого влечения к ней. Она давала ему какое-то феерическое вдохновение, используя которое он шел вперед и достигал самых потрясающих целей. Она была его питательной средой. Подобно вампиру Верховский выкачивал из неё всю её жизненную энергию и наполнял ею себя, оставляя её пустой, словно использованная чернильница. И он делал это постоянно, а она не могла этому никак противостоять. Когда он оказывался рядом её гормоны начинали сходить с ума и заставляли её подчиняться. Все женщины, с которыми он когда-либо был, отмечали это. Рядом с ним они не могли контролировать ни действия, ни желания, ни ход своих мыслей, просто оказываясь в его власти и он делал с ними всё что хотел.