— Хватит дергаться, — шипит Гриффин, и тот замирает, крепко сжав перед собой сцепленные руки.

От этого плана зависит очень многое, думает Гриффин, у Шентона полное право нервничать. Новый труп. Криптограф, которому передали шифрованное послание, пока молчит. Никаких отпечатков на записке, никаких следов ДНК на конверте. И утром пришли отчеты из лаборатории касательно квартиры «под Дамера» — помимо биологических образцов убитых, единственные следы в ней принадлежат Майклу Шарпу.

С каждой минутой Гриффин все больше боится. За Джесс. За свою сестру.

Может ли Пересмешник сейчас находиться здесь? Верно ли предположил Шентон?

Присутствуют родители Либби и ее родной брат. Детективы, участвующие в расследовании, рассредоточились среди собравшихся. Есть люди, которые Гриффину совершенно не знакомы — лица скорбные, некоторые плачут. Гриффин понимает, что это, должно быть, друзья Либби, ее коллеги. Почему-то поначалу у него было чувство, что он сразу узнает убийцу — увидит кого-нибудь, и вдруг сработает какой-то потайной выключатель. Один быстрый обмен взглядами, и он поймет, что это и есть человек с той ужасной ночи.

Но, глядя на всех этих людей, Гриффин абсолютно ничего не чувствует. Ощущает лишь знакомое чувство собственной несостоятельности, терзается от самоуничижения — что даже он, профессиональный детектив, не способен найти человека, который убил его собственную жену. Какой смысл во всем этом его многолетнем опыте, если он не способен распознать одного-единственного человека, который сейчас больше всего важен?

Его глаза продолжают обшаривать толпу. Дикин стоит чуть в отдалении бок о бок с Ру. Гриффин припоминает, что Ру тоже знал Либби. Интересно, думает он, сколько Кара рассказала своему мужу и насколько тот верит, что эта церемония настоящая. И поговорила ли с ним Кара насчет интрижки с няней?

Дикин вполголоса отпускает какое-то замечание Ру, и тот кивает в ответ. Лицо Ноя слегка опухло с левой стороны, куда попал кулак Гриффина, и вокруг красных стежков на брови расплывается зеленоватый синяк. Вид у Дикина несчастный, лицо мрачное. Хотя, приходит в голову Гриффину, вряд ли он когда-либо видел, чтоб напарник его сестры хоть раз улыбнулся, когда ее нет рядом. Кто бы знал, до чего же он ненавидит этого поганца! Гриффин смотрит, как Дикин наблюдает за Карой, пока она представляет еще кого-то, вышедшего с речью перед собравшимися. И уже далеко не в первый раз гадает, уж не вздыхает ли Ной Дикин тайком по его сестре — в надежде на то, что в один прекрасный день их профессиональные отношения станут личными. Хотя в этом плане у Кары вкус все-таки получше, думает он. И вплоть до этой последней недели Гриффин искренне верил, что Ру, одетый сегодня в строгий костюм с галстуком, подходит ей куда лучше. Но даже самые приличные парни порой ходят налево, цинично думает он.