Церемония подходит к концу, Кара благодарит отца Либби, только что закончившего свое выступление. Гриффин смотрит на детектива с фотоаппаратом на противоположном конце участка и показывает головой на собравшихся — мол, закончил? Тот едва заметно кивает.

И тут взгляд Гриффина привлекает еще один человек, только что присоединившийся к группе. На нем щегольское черное пальто с поднятым воротником, и он пристально смотрит на Гриффина. Потом слегка приподнимает руку, и Гриффин наконец узнает его. Это Нав.

Нав подходит ближе. Вынимает из кармана листок бумаги, протягивает Гриффину.

— Что это? — спрашивает тот.

— Мне только что звонила Джесс, сказала, что ты тут будешь. Сказала, что тебе это нужно.

Гриффин берет листок и смотрит на него. Это рецептурный бланк.

— Ко-кодамол?![53]

— Это самое сильное, что я могу выписать.

— Я на окси, Нав! Это мне что слону дробина.

— Так обратись к своему собственному врачу, Гриффин. — Нав прячет руки обратно в карманы и собирается уйти.

Гриффин тянется и хватает его за руку, но тот сердито выдергивает ее.

— Послушай, — ворчит Нав. — Я здесь только ради Джесс. Тебя я вообще не знаю.

Гриффин улавливает у него на лице какое-то странное выражение.

— Так вот в чем дело… — медленно произносит он. — Дело не в том, что я тебе не нравлюсь, — ты просто ревнуешь!

Нав изумленно таращится на него.

— Ты столько лет ждал, и вот теперь, когда муж наконец убрался с дороги, просто злишься, что упустил свой шанс!

Нав делает шаг в его сторону.

— Я был другом и Патрика тоже, — шипит он.

— Другом? — насмешливо цедит Гриффин. — В самом деле? Или просто ждал своего часа, пока Джесс не осознает свою ошибку?

Нав бросает на него гневный взгляд: