— Да.

Нав подается к ней, понижая голос до едва различимого шепота:

— Им нельзя про это знать, Джесс! Он так сказал.

— Кто?

— Я не знаю. Я нашел записку, оставленную в моем шкафчике в раздевалке. Там было сказано, что он скоро выйдет на связь. К записке была приложена флешка. — Он опускает взгляд на свои руки, плачет опять. — Я вставил ее в свой компьютер. Там был видеофайл. А на нем — ты, Джессика. С мужчиной.

Джесс едва может дышать. В крошечной комнатке удушающе жарко.

— С каким мужчиной? — шепчет она.

— Не знаю, я его не узнал. Похоже, что дело происходит в каком-то общественном туалете. Ты… — Его голос сходит на нет, и он несколько раз резко вдыхает и выдыхает. — Ты занималась сексом. Судя по временной отметке, это было неделю назад.

Джесс не может пошевелиться. Туалет. Какой-то мужик. Кто-то, черт знает каким образом, сумел заснять ее в день пожара. Она чувствует, как покалывает кожу, лицо горит огнем…

— Когда ты это получил? — наконец ухитряется спросить Джесс.

— Сегодня. А потом, как только просмотрел, пришла эсэмэска. Там говорилось, что если только я… — Нав опять плачет, втягивая в нос сопли и слезы, голос его звучит не громче шепота, — если только я не убью Гриффина, он передаст это в полицию. И он специально уточнил — нужен именно диаморфин. А потом позвонила ты, и у меня появилось оправдание моему появлению в квартире. Я не мог допустить, чтобы полиция получила это видео! Оно показывает мотив, Джесс!

— Я не убивала Патрика, — бормочет Джесс, все еще оцепеневшая от его слов.

— Знаю. Но это еще не все. Были еще… были еще фото. Женщин… Убитых. Он сказал, что сделает то же самое с тобой. Что убьет тебя и Элис. Что заставит тебя страдать. Будет пытать тебя, насиловать тебя…

— Но почему же ты не позвонил в полицию? Они защитили бы меня.

Нав смотрит на нее:

— Те самые люди, которых ты так ненавидишь? Люди, из-за которых ты сбежала из больницы, бросив свою дочь, только чтобы они тебя не арестовали? И он сказал, что все равно не будет никакой разницы. Он все равно доберется до тебя. Я…

— Но убить человека, Нав? Убить Гриффина? — выкрикивает Джесс.

Нав не в силах посмотреть ей в глаза, но крепко стискивает ее пальцы обеими руками.

— Я люблю тебя, Джесс. И всегда любил. Для тебя я готов на все.

— Я… — Джесс больше ничего не может сказать. Она и вправду знала, в самой глубине души, какие чувства он к ней испытывает, но ее пошатнувшаяся самооценка так и не позволила ей в это поверить. По-настоящему поверить. Чтобы кто-то вроде Нава влюбился в нее… Но теперь — вот это? Просто безумие!