Владимир Алексеевич, отдел, УВД, в шоке, от такого решения! Ни кто не ожидал!

Подключены все силы! Постараемся вытащить! Ищем подходящего адвоката, чтоб

разобрался и помог написать кассационную жалобу и выступил с защитой в суде.

– Спасибо! – в мыслях, калённой стрелой, пролетело: «Слишком поздно! Меня уже

осудили! Вытащить будет очень сложно!»

– Ребята решили устроить забастовку из-за этого приговора! Они завтра выйдут на

рабочие места, но выполнять свои обязанности не будут! Карпенко Алексей так и сказал, что

никакой защищённости нет! Все шпыняют милиционеров, как могут, мы теперь боимся

выполнять свои обязанности! Где гарантия того, что какой-нибудь задержанный не напишет

на нас очередную кляузу и нас, вместо защиты, посадят, как Николая! Насчёт жены не

волнуйтесь! Отправили на машине, до самого дома! Её и детей не оставим, поможем чем

сможем! Мы все вместе! Только вам придётся быть одному! Главное держитесь! Ваша

главная задача продержаться! Выйти отсюда живым и здоровым! – она, выпалив почти на

одном дыхании, снова горячо пожала тебе руки! – Я смотрю, вы, держитесь молодцом! Так и

держитесь! Я в вас верю!

– Как она? Как дети? – кое-как выдавил из себя слова, забыв про своё положение.

– Позвоните, сами поговорите, успокойте их! – с этими словами протянула сотовый

телефон.

– Алло! Катя! Катя! Как вы! – сначала спокойно, потом всё громче и громче начал

кричать в трубку.