– Разрешите, я пойду в свою камеру и ещё раз осмыслю ваши слова и своё положение?

– совершенно другим голосом обратился своему собеседнику.

– Да, конечно! – недоумённо смотря на меня, ответил старший лейтенант.

Я, встал и вышел из помещения. Зашагал к своей камере. Возможно, мне кто-то что-то

говорил, даже пытался догнать, но я никого больше не слышал, да и не хотел слышать. С

каждым шагом возрастала уверенность. Контролёр, увидев меня, удивлённо посмотрел, ни

слова не говоря, открыл двери. Зайдя в камеру, первым делом выпил большую кружку воды.

Сел на лавочку, стал обдумывать план своих действий.

Сосед, какое-то время смотрел молча:

– Зря ты голодовку объявлял! Теперь тебя точно переведут в какую-нибудь камеру!

Чего тебе здесь не жилось?

– Может ещё оставят? – не оборачиваясь, ответил ему.

– Нет, исключено! Сюда попасть большая очередь стоит! Подошёл бы ко мне,

поговорили бы по душам! Говорил же я тебе, колись! Я бы помог! Да и ребята тоже бы не

отказались, подсказали что-нибудь! Я же юрист по образованию! Кое-что в этом соображаю!

Тут многим уже помог! А теперь, непонятно куда переведут! Скорей всего, ни кто не сможет

помочь! Зря ты это затеял, зря! Что сделано, то сделано, обратно не вернуть! – качая головой,

цокал языком мой собеседник. Сокамерники закивали в поддержку.

Вечером открылась дверь:

– Светлов, с вещами, через 20 минут на выход!