— Должна предупредить, что официально подала жалобу на сержанта Ланкастер.

— Черт побери, Хенли! Знаешь, что люди подумают, когда узнают, что ты настучала на другого следователя?

— Она могла поставить под угрозу наше расследование, передав в СМИ важную информацию. Кем она себя возомнила? — гневно спросила Хенли.

— Эй, на меня только не набрасывайся. Я думаю, что ты все сделала правильно. Я просто хочу, чтобы ты была готова к ответному удару.

— Я понимаю. Прости.

— Принято. — Стэнфорд вошел в кухню и включил чайник. — У меня есть информация, которая тебя интересовала. Все твои парни, Блейн, Пайн и Найлор… Чай или кофе? — спросил Стэнфорд, беря в руку кружку.

— Чай, — ответила Хенли и потянулась за сахаром.

— Все трое никогда не привлекались до тех пор, пока их не осудили за неуважение к суду и воспрепятствование отправлению правосудия. Ты знаешь, что за неуважение к суду можно схлопотать два года?

— Знаю.

— Да, конечно. Судья устроил показательный процесс. Блейн получил два года. Как юрист, он должен был понимать, что делал. Пайн и Найлор получили по полгода. Не играет роли то, что они отбыли только половину срока. Тюрьма есть тюрьма. Найлора отправили в Пентонвиль, но ты никогда не догадаешься, где отбывали срок Пайн и Блейн.

Стэнфорд вручил Хенли чашку, и они пошли назад к ее письменному столу.

— Честно, понятия не имею.

— Ты даже не попыталась отгадать. Обоих отправили в Белмарш.

— Правда? Вообще-то это сурово. Но они явно сидели в блоке «С». Оливер содержится в блоке строгого режима. У него не могло быть с ними никаких контактов.

Хенли заметила стоявшую у нее на столе коричневую коробку из архива. Рамоутер сидел на своем месте напротив, опустив голову и прижав телефон щекой к плечу, и что-то быстро записывал в блокнот.

— Что это? — спросила Хенли, кивая на коробку.

— Я же тебе сказал. Я нашел информацию, которая тебя интересовала. Это дело по расследованию проявленного неуважения к суду. Оригинал. — Стэнфорд подкатил кресло на колесиках к письменному столу Хенли и уселся. — Сверху — протоколы задержания.

Хенли поставила свою чашку и достала желтую папку. Внутри были протоколы по Найлору, Пайну и Блейну. Она достала четыре небольших бледно-голубых блокнота, перевязанных резинкой.

— Так. Насколько нам известно, через две недели после начала слушаний в суде коллегия присяжных, в которую входили убитые, была распущена, — стал рассуждать Стэнфорд. — Судя по протоколам судебных заседаний, судья объявил, что один из присяжных продемонстрировал неуважение к суду, — и все. Через три дня слушания возобновились.