– Неприятненько так.

– Траур республика объявлять не стала, но осадочек остался. К тому же из «речек» – ни много ни мало – на девяносто пять процентов сборная России по женскому хоккею состоит. Есть о чем подумать тренерскому штабу. Ну и спонсорам.

– Ну-ну, какие девахи без спонсоров… а что не так с «крылышками»? В чем особое оскорбление проиграть именно им?

– «Крылышки» – это даже не аутсайдер. Это призрак, тьфу – и растереть. Они последние кости догладывают, без зарплаты полгода. Только на местечковых пожертвованиях держатся, с протянутой рукой. Энергии, строго говоря, черпать неоткуда, девчонкам фактически кушать нечего плюс страх и апатия, что для дам хуже голода.

– Понимаю. От нас-то что требуется?

– Я так понимаю, господа полковники ожидают от юных дарований открытий.

– А именно?

– Выяснить, из-за чего появился на табло счет пять-ноль.

Стас придал своей прическе одному ему понятный смысл и проникновенно сообщил:

– У меня к тебе вопрос, как у спортсмена к спортсмену.

– Какой? – спросил Шурик, выключая утюг.

– Ты в женском хоккее разбираешься?

– Нет. А ты?

– И я нет. А как мы тогда будем выяснить, что прогнило в этом дамском королевстве? Кто это может знать?

– Не знаю. Тренеры?

– Ну, эти без документов и удостоверений с нами общаться не будут.

– Думаю, нет.

– И, пожалуй, версия «я-типа-блогер» не прокатит?

– Да они там все, типа, звезды инсты.

– Ну там есть на что посмотреть, – хмыкая, двусмысленно сказал Стас. – Тогда предлагаю так: ты, как самый красивый, будешь общаться с девочками, ежели таковые попадутся, а я, как самый компанейский, пошарюсь по окрестностям и трибунам. Глядишь, какой-нибудь вахтер попадется или иной кто осведомленный.